— И это было правдой?
— А почему нет? Сколько Глебов на планете земля? Меня что потом по имени найдут?
— Не знаю. Я опишу вашу внешность.
— А я сбрею бороду и все. Без нее меня не опознаешь.
— Понятно.
— А вот мне непонятно зачем ты себя топишь. Надо было про себя подумать, что когда выберешься, обязательно опишешь доблестной полиции мою внешность, а не мне сейчас это говорить.
— Я как-то не подумала об этом, но спасибо, что сказали.
— Пожалуйста.
Вот после его ровного и точно такого же «пожалуйста» я вдруг поняла, что он надо мной насмехается.
— Чем ты занимаешься, София?
— Сижу на кожаном сиденье, — отчетливо слышу смешок слева от меня.
— А по жизни?
— Вы это и так знаете, раз я здесь.
— Не знаю. Я не интересовался такими вещами. Мне же как бы не ты нужна, а твой отец. Так чем?
— Пою, — не задумываясь, брякаю в ответ.
— Певица значит? — мокрица значит. — Оперная?
— Она самая. Вот коллег приходила послушать.
— А тебе не кажется, что солист был не в голосе?
— Я вам больше скажу, не кажется, а уверена в этом.
Более того, девица тоже была не в голосе. Если первому что-то прищемило в трусах, то ее тупо кололи иголками.
— Да ты я смотрю настоящая профи, жаль проспала, — то, что мой потенциальный палач посмеивается, это явно неплохо. Навевает надежду, что не так уж он и страшен. Может и не подвал вовсе будет. Хотя… я много смотрела фильмов и передач и там действительно все не радужно. Господи, пожалуйста, пусть случится чудо, и я попаду сегодня в свою теплую кровать. Я обещаю, что слова не скажу плохого про Левину.
И больше не буду пить мочегонные и слабительные чаи. Пожалуйста, Господи. Сложила ладони в молитвенном жесте и начала бесперебойно повторять одно и то же. — Любишь, значит, оперу, — вновь слышу голос очень близко от моего уха.
— Обожаю, — шумно сглатываю. — Вот в подвале будет чем заняться. А вы?
— Что я?
— Любите оперу или просто так пришли, для статуса?
— Ни то, ни другое. Она меня успокаивает и приносит в голову очень хорошие идеи. Как только мне это требуется, я всегда ее посещаю.
И это, в отличие от твоего пения, не шутка. Так чем ты занимаешься?
Глава 8
— Я — модель, — наконец произношу я, после значительной паузы.
— Фотомодель?
— Почему фото?
— Для подиума маловата. Каблук — сантиметров десять — двенадцать. Итого, твой рост меньше ста семидесяти, — не спрашивает, утверждает, словно у него не только в руках журнал с моим изображением, но и антропометрические данные. — Давно этим занимаешься? — занимательная беседа.
