Дверь открывается и из машины появляется знакомая широкоплечая фигура с зеркальными очками на глазах.
– Девчонки, так что там насчет мильена идей? Обсудим по дороге? Прошу в карету.
Мужчина распахивает заднюю дверь авто, приглашая нас внутрь."
"3. Нельзя садиться к незнакомым дяденькам в машину!
– Елена –
– Прошу в карету, – чудовище распахивает заднюю дверь авто, приглашая нас внутрь.
– Мама, идем! – тянет меня к белой иномарке ожившая дочь.
От плохого настроения у ребенка не осталось и следа, а о собаке-кошке-хомяке она мгновенно забыла.
И я пока не понимаю хорошо это или плохо.
Каждой клеточкой одеревеневшего тела чувствую, как владелец авто сканирует меня сквозь стекла зеркальных очков. Почему я как назло сегодня забыла свои солнцезащитные очки? Почему сейчас приходится прятать растерянный взгляд, смотря себе под ноги, лишь бы не пялиться на чудовище?
– Марина! Так нельзя! – дергаю ее за руку, чтобы приструнить. – Нельзя садиться к незнакомым дяденькам в машину!
""Особенно к чудовищу, которому ничего не стоит поцеловать незнакомую женщину на виду у всех и свести ее бабочек с ума!""
– Мама Лена, – кряхтит Маринка, рывками дергая меня вперед так, что я вынуждена делать крохотные шажки в сторону белой авто, – мы же с ним только что познакомились в кафе.
Ты что, забыла? Или не узнала его? Это же Чудовище! Это с ним ты целовалась.
Это кто из этих двоих в данный момент чудовище? Этот широкоплечий нахал в зеркальных очках, что стоит возле чистенькой, словно только что из автомойки, кипенно-белой машины, гостеприимно распахнув заднюю дверку, или маленькая девочка, тянущая меня за руку в чужой автомобиль?
– Вообще не я с ним целовалась, а он со мной! – оправдываюсь.
Сопротивляюсь напору дочери, как могу. – Он все равно для нас незнакомец! Мы даже не знаем как его зовут.
– Дим Димыч меня зовут, – легко отзывается чудовище.
Оказывается, расстояние между нами быстро сократилось, и теперь нас с чудовищем разделяет чуть меньше метра. Мы оба вторглись в личное пространство друг друга, а выйти из него почему-то я не могу.
Он, по всей видимости, тоже не собирается.
И я смотрю прямо перед собой, не находя в себе смелости поднять глаза выше. Взгляд упирается в распахнутый ворот мужской рубашки. Там, на смуглой коже груди соблазнительно кучерявятся черные волоски. Настолько завлекательные, что хочется заглянуть глубже, дальше, еще ниже. И вообще я бы посмотрела на это тело без рубашки. Уверена, там есть что оценить. И потрогать.
