Какое–то время вижу их удаляющиеся фигуры в боковом зеркале.
Девочка держит за руку мамашу и вприпрыжку скачет возле нее. Напоминает шаловливого маленького козленка как у матери в деревне. Смешная. Косички подпрыгивают за спиной.
Черт его знает, почему я, отъехав от кафе, развернулся на первом же перекрестке обратно. Наверное, жалко стало девочку – такое разочарование в ее глазах было, когда уходил… И у мамы ее тоже. Я заметил.
Хорошо, что вернулся. Блондинки переходили улицу, когда я их увидел. Чуть–чуть не разминулись.
Девочка чуть ли не плакала, Елена, расстроенная, шла с ней рядом. А тут я со своей каретой. Зато настроение у всех опять хорошее.
Прокручиваю нашу встречу с самого начала.
– Дядя, ты чудовище?
Я чуть не подавился.
«Мне страшно» – было. «Он ужасен» – было. Крики, плач детей, шепотки взрослых – были и до сих пор есть, уже внимания не обращаю. А вот чудовища еще не было.
Оригинально я пообедал.
А девчонка настырная. Руки в бока уперла, стоит напротив, изучает, уходить не собирается.
Косички и те, кажется, в боевой готовности находятся, чтобы поддержать хозяйку.
– Ты на себя в зеркало смотрел?
А как же. Ежедневно «любуюсь». Свет мой зеркальце несколько долгих месяцев показывает одну и ту же картинку.
– Страшно было?
Впервые от такой реакции на мою внешность я ржу, но внешне, как могу, держу лицо. Девчонка, судя по всему, пока ответа не дождется, не отвяжется. А мне уже интересно, во что выльется наш разговор, поэтому одним взмахом руки останавливаю ее мамашу, чтобы не мешала нам с девочкой общаться.
– Немного.
– Ты не переживай. Это только поначалу ты страшный. А если приглядеться – то вполне себе ничего мужик.
Вот это заявление. Что–то похожее мне и Алиска говорила, только я ее не слушал. А тут малявка. Прямолинейная. Искренняя. А устами младенца, как говорится…
– Тебя должна поцеловать красавица!
Так у меня уже есть красавица. Или одной недостаточно?
Марина, так оказывается девочку зовут, уверена в своих словах. Ее уверенность передается мне, и я думаю – почему бы нет? А вдруг прокатит? Тем более тут неплохая кандидатура сидит за соседним столиком.
Увеличенная копия малышки. Такая же симпатичная блондинка с синими как небо глазами. Растерянная и с пунцовыми щеками из–за выходки своего чада.
И как удержаться от соблазна, если малявка прямым текстом говорит – целуй мать? Во мне проснулся мальчишеский азарт и, не долго думая, я сделал это.
...
Сто лет так ни с кем не целовался, даже с Юлькой.
