– Никуда ты ее не увезешь! – объявила Шарлотта. Сьюзен, дрожа, вцепилась в нее. – Мы немедленно уходим. А если застрелишь меня, знай, что полученное от Пьетро наследство будет расколото, разрезано и сожжено. Я больше не позволю никого одурачить его подделками!
– Я пристрелю не тебя, а ее, – пообещал он, поводя дулом пистолета из стороны в сторону, словно выбирая, в кого пустить пулю.
Сьюзен, бормоча что-то неразборчивое, схватила Шарлотту за плечо.
Шарлотта обняла ее и ответила на итальянском:
– Если причинишь ей боль, скормлю тебе твои яйца.
Миру нужны новые кастраты.
Он прищурился и злобно рассмеялся:
– Все стараешься защитить свою сучку! Мать из тебя никудышная! Она сбежала со мной, стоило прочитать ей пару стихотворений! Такое слабое, ничтожное создание! Как все англичанки! Простой намек на романтику, и их можно срывать, как цветы с куста.
Шарлотта ничего не ответила. Сьюзен со страхом глазела на Данте поверх ее плеча. Он склонил голову набок, изучая их. На его губах застыла жестокая улыбка:
– Как она ненавидела тебя! Ты была так несправедлива, так лицемерна! Благодарю вас, графиня, ее стремление сбежать от вашей тирании облегчило мне задачу.
Я не ожидал, что она сама соберет вещи, чтобы пойти со мной. Неужели все англичанки отдаются так легко? Именно это дядюшка любил в тебе?
Шарлотта стояла неподвижно, хотя его слова наполнили ее сознанием вины и яростью. Все это правда. Она подвела Сьюзен, поскольку была несправедлива и лицемерна. Племянница даже не знала, насколько, если учесть историю со Стюартом.
Но спорить с ним не стоит. Как не стоит показывать слабость. Нужно быть спокойной и сохранять ясную голову.
Данте неожиданно развернулся и взмахнул пистолетом, понуждая их отойти от двери и встать у столика.
– Я получу свое сокровище, графиня, – пообещал он. – Посмотрим, чем можно вас убедить.
Стюарт буквально летел по улицам, время от времени безуспешно пытаясь нанять экипаж. Казалось, прошла вечность, прежде чем он добрался до тихой респектабельной улочки, куда, по словам матери, отправилась Шарлотта.
«Будь проклята эта женщина, – гневно думал он. – Не могла подождать и часа! Помчалась справляться с безумцем самостоятельно! Дай только добраться до нее! Я хорошенько ее встряхну, потом прижму к себе, потом снова тряхну и снова прижму к себе»."
"Поднявшись на крыльцо, он остановился перевести дыхание. Дверь была приоткрыта, и Стюарт скользнул внутрь, стараясь успокоить взбудораженные нервы.
