– Я не пытаюсь соблазнить тебя ради развлечения на один вечер. Я не использую тебя. Хочу, чтобы ты была счастлива, черт возьми! Даже если не со мной. Я уйду, если ты этого хочешь, но не говори, что ты, даже ты так плохо обо мне думаешь. Ради всего святого, я люблю тебя!
Шарлотта ошеломленно уставилась на него. Дыхание вырывалось из груди короткими, болезненными выдохами. Он любит ее? Стюарт любит ее?
Стюарт неожиданно моргнул. Хватка его ослабла, словно он только сейчас понял, что сказал. Опустив руки, он отступил.
– О боже! – пробормотал он, отворачиваясь. – Прости. Я не хотел…
Плечи его опустились. Стюарт, не оглядываясь, схватил и натянул пальто, нагнулся, чтобы взять шляпу и перчатки. Шарлотта поняла, что он сейчас уйдет.
Она балансировала на грани мучительной нерешительности. Если признаться ему и себе, что любит его, она рискует остаться с разбитым сердцем. Тринадцать лет она не позволяла себе такой уязвимости. Но если она промолчит, он уйдет, и ей останется всю оставшуюся жизнь гадать, что могло бы быть, если… Что хуже – вечная боль или жестокий удар?
– Стюарт?
Он не остановился.
Она покачнулась и упала спиной на столик.
– Стюарт, подожди! Не уходи! – Шарлотта спрыгнула со столика и побежала за ним. – Я люблю тебя! Люблю! Не покидай меня сейчас.
К тому времени, как она оказалась рядом с ним, ее уже слепили слезы. Стюарт схватил ее в объятия.
– Не говори того, чего нет на самом деле, – прошептал он. – Я не хочу ни к чему тебя принуждать.
Шарлотта покачала головой и спрятала лицо у него на плече:
– Меня пугает осознание того, до чего все это правдиво!
Он коротко, неуверенно рассмеялся.
"
"– Значит, мы квиты. Я никогда ни к кому не чувствовала чего-либо подобного.
– Прости, – выдохнула она, поднимая голову. – За то, что я сказала раньше. Я не думаю о тебе так плохо, и с моей стороны было жестоко сказать…
– Жестоко, – согласился он. – Но я понимаю. Ты не была бы собой, если бы не сражалась всем имеющимся в твоем распоряжении оружием.
Он смахнул ее слезы и стал целовать мокрые щеки.
Несколько секунд они просто обнимали друг друга. Наконец Шарлотта, ощутив, как оживает его плоть, подняла голову:
– Ты…
– Да, – кивнул он, нежно целуя ее в губы. – Да.
Ее платье соскользнуло на пол. Ладони Стюарта легли на ее бедра.
– А ты?
– Да.
Она положила руки ему на грудь, провела по плечам, чтобы сбросить пальто. Стюарт, не отрываясь от нее, стянул один рукав, потом другой, умудрился стащить с нее нижние юбки и ослабить завязки корсета.
