Офицер морпехов что-то грозно сказал зарам на непонятном Димке языке, и те испуганно закивали, прижимаясь друг к другу так, будто стальные внутренности БМП были раскаленными. Офицер коротко переговорил с Моисеенко по-английски и удалился к своей боевой машине.
– Они будут сидеть тихо и неподвижно, – перевел престарелый капитан. – Потому что предупреждены: если тронут хоть что-нибудь, им отрежут руки. Можно ехать!
Люки десантного отделения захлопнули, и Димкин взвод полез на броню. БМП взревела двигателями и поползла дальше по улице, выбирая место для разворота.
Позади старики морпехи неторопливо грузились на свою амфибию, и Димка смотрел, как они занимают места на броне, разглядывая их снаряжение. А ведь у них есть утолщающие накладки на том месте, которым приходится сидеть на жесткой стали. Наверняка специально придумано, чтобы комфортнее было ехать на броне по многу часов. Надо было захватить из дома заров какой-нибудь матрас или одеяло, и под себя на броню подстелить.
И как он не догадался…
Хруст ломающегося асфальта в реве мотора боевой машины был практически неразличим. БМП на краткий миг замерла и рухнула куда-то вниз, под землю, резко заваливаясь на нос. Потерявший равновесие Димка отчаянно замахал руками, пытаясь зацепиться за воздух, и в эту секунду боевая машина уткнулась в землю, сотрясаясь от удара. Димка полетел куда-то в сторону, прочь от БМП, и больно ударился о земляную стену ямы. От удара в глазах поплыло, и несколько секунд он беспомощно стонал и моргал глазами, соображая, жив или мертв.
Потом зрение прояснилось, и выяснилось, что он жив и лежит на дне ямы рядом с заглохшей БМП у самой гусеницы. Асфальт под многотонной боевой машиной провалился, нос БМП уткнулся в дно ямы, корма осталась торчать наружу. Половину Димкиных солдат, тех, что сидели на передней части боевой машины, тоже разбросало по сторонам, остальные удержались на броне, но изрядно набили шишек. В данный момент все громко матерились и собирались в кучу.
– Господин офицер! Вы целы? – Возле Димки материализовался Абдулла с взглядом, исполненным глубокого сочувствия. Сам он, похоже, не пострадал. – Давайте руку! Мы вытащим вас отсюда! Мага! Давай сюда! Он здесь!
Откуда-то сверху, с раскоряченной посреди ямы БМП, спрыгнул Мага, тихо сыплющий ругательствами и прикрывающий ладонью небольшую кровоточащую царапину на скуле. Оба солдата подхватили его под руки и потянули вверх.
