Систему отопления я за ночь починил, пока вы без сознания были, но у нас очень много пробоин, теплопотеря большая, нужно все дыры залатать. Пока не залатаем, на воду сесть не сможем.
– Зачем нам приземляться на воду? – Димка поймал себя на мысли, что речь идет о полетах, но он не чувствует страха перед высотой. Это его ободрило. Может, ему и качка теперь не страшна?
– У нас еды нет, – объяснил Николаев. – Конфедераты пока вакуумный шар заваривали, всё выгребли. Воды тоже нет, но есть термоопреснитель, в рабочем состоянии.
Я утром сбрасывал ведро за борт, сделал воды пару литров, этого надолго не хватит. Нам надо сесть на воду, наловить рыбы и заготовить воды. Суши поблизости нет, но если и появится, то я бы не стал там приземляться. Из оружия у нас только твой пистолет без патронов, потому что всё промокло, и пулеметы на турелях, но к ним боеприпасов по одной коробке. И они стреляют только вниз, если приземлимся, останемся безоружными. Кто знает, что там, на суше… Да и когда ещё она появится.
Если пробоины заклепаем, то мощность двигателей возрастет, и мы сможем выдать скорость километров сто двадцать в час. Компас работает, так что приблизительное направление я задал, позже разберемся с нашим местоположением и скорректируем курс.
– Сто двадцать километров в час? – удивился Димка. Летающий гроб имеет гораздо большую скорость, чем десантный корабль! Раньше он об этом как-то не задумывался. – Может, тогда не стоит рисковать со всеми этими посадками? Так долетим, без посадок! Немного поголодаем, и всё.
– «Немного» – не получится, – покачал головой Николаев. – Под нами одна вода, привязаться не к чему, но по грубым подсчетам до Москвы тысяч двенадцать километров. Это сто часов безостановочного полета, и то, если ветер не изменится и нас с курса не снесет. Четверо суток без еды и воды мы не выдержим, не говоря о том, что полет может затянуться. Я точно не выдержу, не знаю, как вы после этой обработки… Инга, ты как себя чувствуешь?
– Отлично, – террористка прислушалась к себе.
– Только пить очень хочется. И есть.
С этим Димка спорить не стал, есть и вправду хотелось. Пришлось вместе с террористами законопачивать пробоины. Занятие это оказалось не из лёгких, у Димки получалось плохо, работы шли медленно. Повезло хоть, что в сундуках, за которыми застряли вакцинаторы, нашлось достаточное количество различного материала, и было чем чинить.
