– Мы продолжаем! Мы идём дальше, не трогайте её! Вы слышите, полковник?! Дайте ей рацию! Я хочу убедиться, что она ещё жива!
– Малинин, поднесите к ней рацию на три секунды, – велел Левински.
Димка с демонстративным сожалением убрал пистолет в кобуру, отключил гарнитуру, выдернул из кармана рацию и поднес её ко рту террористки, нажимая на тангенту.
– Володя, я жива! – выпалила та. – Найди антивирус!
– Время истекло! – заявил Димка, убирая рацию, и вновь достал электрошокер. Он может пригодиться. Точно ли фашистский лабиринт способен нейтрализовать высокотехнологичные ошейники, Димка не знал.
Он вообще до сегодняшнего дня считал, что силовые поля – это сказки для детей. Но как бы там ни было, радиосвязь лабиринт блокировать не способен, значит, мотивировать террористов при помощи воздействия электрического заряда на их сообщницу очень даже можно и нужно. Пусть верещит от боли в эфире, они это услышат, у Димки очень чувствительный микрофон на гарнитуре!
– Продолжайте миссию, мистер Николаев! – приказал полковник.
– Не злоупотребляйте временем, оставшимся у вашей герлфренд. Никто не знает, как долго продлятся поиски!
Изображение на центральном мониторе двинулось по коридору из валунов – Николаев выполнял приказ. Теперь первым шел жлоб Гаргар, престарелые террористы держались за спиной Николаева, и их не было видно. Отовсюду раздавалось шипение бьющих гейзеров и шлепки падающих наземь водяных потоков, но разглядеть что-либо было невозможно, всё вокруг утопало в сплошном море пара, и лишь внутри коридора паровой поток не поднимался выше колен.
Гаргар шел осторожно, уставившись себе под ноги, и то и дело перешагивал через что-то невидимое и негромким голосом предупреждал сообщников.
– Тут повсюду высохшие трупы, – жлоб вглядывался в медленно ползущий по полу лабиринта пар. – Перешагивайте, видно плохо… – Он подхватил что-то с земли и показал остальным проржавевший ошейник: – Мы тут не первые, кто борется с общим врагом на основе взаимного доверия… – Гаргар выбросил ошейник и пошел дальше: – Мертвецов полно… и с ошейниками, и без.
– Кого-то послали сюда Конфедераты, – раздался голос Фридриха. – Кто-то сам приходил… Слева труп в старом снаряжении и обуви из шкур… Справа на трупе разбитая видеокамера… Владимир, может, наши кристально честные союзники скажут, как далеко им удалось продвинуться?
– Мы от вас ничего не скрываем, – заявил в эфир доктор Иванов. – Как было сказано ранее, этот луч свастики выходит к центру лабиринта, являющемуся перекрестком.
