— Только вот наша тачка, даже замаскированная, никак не может сойти за автомобиль копов, — заметил Вильям.
— Ваша — нет, — согласился Патрик. — Зато моя — да. Это белый «Пежо-308».
— Ну и где же эта машинка?
— Во втором гараже. В том, рядом с которым вы должны были, я предполагаю, поставить свой автомобиль. Вдобавок она только что прошла техосмотр. Вы редкостные счастливчики!
Патрик с отвратительным хлюпаньем втянул кофе; Вильям скривился:
— Ну?
Братья снова переглянулись. И обменялись заговорщицкими улыбками.
— Это могло бы нас очень заинтересовать, папочка!
— Я так и знал.
— А можно спросить, почему ты нам это предлагаешь?
— Чтобы вы как можно скорее уехали из моего дома, не причинив нам никакого зла. Вот почему. И, кроме того…
Он вытер рот салфеткой, тщательно сложил ее вшестеро и положил возле кружки.
— Что — кроме того? — Рафаэль потерял терпение.
— И, кроме того, мне кажется, что это заслуживает кое-чего… Единственный налет, о котором я слышал за последнее время, был совершен на Вандомской площади.
Так что я догадываюсь, что вы располагаете довольно соблазнительной добычей."
"— Постой-ка… Мне снится или ты только что сказал, что хочешь, чтобы мы с тобой поделились?
— Всякий риск заслуживает награды, разве нет?
Рафаэль недобро улыбнулся ему.
Да я тебя сырым сожру, папочка.
— Сожалею, но ты ничего не получишь. Ни цента. В любом случае я ума не приложу, что бы ты мог с этим сделать. Мы не пачки банкнот увели, а драгоценности, каждая из которых стоит от трехсот тысяч до трех миллионов евро.
Ты не сможешь втюхать такие вещички местному ювелиру, если ты въезжаешь, о чем я.
— Разумеется… Но возможно, у вас есть немного наличных денег?
Улыбка исчезла с лица Рафаэля. Медленно.
— Слушай меня внимательно: я обдумаю твое предложение. Но единственное, что ты получишь взамен, — это то, что, когда мы уедем, вы еще будете целы: и ты, и твоя жена. И ничего больше. Потому что я мог бы забрать твою тачку, твои полицейские формы, прострелить вам башку и закопать вас в вашем же саду.
Что ты на это скажешь?
— Мы совершенно согласны, — поспешно вмешалась Сандра. — Нам не нужны ваши деньги или драгоценности по три миллиона евро. Только оставьте нас в покое.
— Видал, — буркнул Рафаэль, — твоя девчонка благоразумнее тебя, папочка…
— Конечно. Но попытаться стоило, ведь верно? — с загадочной улыбкой ответил Патрик.
* * *Рафаэль толкнул дверь ванной, перед которой дежурил уже добрых пятнадцать минут.
— Закончила?
Кристель сидела на табурете. Одетая.
