А ведь он поклялся, что не будет бояться.
Что больше ничто не заставит его бояться.
Он хватается за свое оружие, натягивает балаклаву. Толкает дверь, потрясает ножом.
Обычный нож. В руках шестнадцатилетнего мальчишки.
Почтовая служащая выпученными глазами смотрит на возникший на пороге силуэт. Она поднимает руки, вскакивает со своего кресла и отступает, чтобы прижаться к стене.
Если бы она знала, что ему тоже страшно…
Может, даже больше, чем ей.
— Бабки!
Бабки. Эти кусочки мятой бумаги, которым придают такое значение.
Бабки. Самый обольстительный обман.
Худший серийный убийца.
— Бабки давай, быстро! — своим зычным голосом кричит Рафаэль.
Молодая женщина открывает кассу, поспешно хватает несколько валяющихся в ящике купюр и кладет их на прилавок.
— Это все, что есть! — шепчет она, снова отступая к стене.
Рафаэль завладевает добычей и стремительно убегает.
По пути бросает балаклаву и нож в мусорный бак и продолжает бежать, как будто сама смерть гонится за ним.
Долгие километры.
И только спустя полчаса, едва переводя дух, он наконец останавливается.
Пересчитывает банкноты.
Пятьсот пятьдесят франков.
Первый налет. Первый гонорар артиста.
Само собой, ничтожный.
И все-таки Рафаэль улыбается.
Руки у него дрожат.
Они больше никогда не будут дрожать.
Глава 18
Продержаться еще полтора часа. Потом она будет свободна.
Склонившись над своим листком, Джессика молча проклинала математику.
Во-первых, зачем это надо?
Считать, согласна. А еще?
Все эти формулы, теоремы… Му́ка, изощренная пытка, в стародавние времена придуманная неведомым палачом.
На редкость изобретательным.
Ей постоянно повторяют, что все, что она здесь изучает, когда-нибудь пригодится ей в жизни. Что все, что ей насильно вдалбливают в голову, необходимо, чтобы смело встретить будущее.
Но математика… Для чего все-таки она ей потом пригодится?
Она тщетно размышляла, но так ничего и не придумала."
"Цифрам Джессика всегда предпочитала слова. Они настолько поэтичней. Настолько прекрасней. Настолько благородней, богаче и изящней.
Настолько более волнующи.
Никому не приходит в голову объясниться в любви цифрами.
И цифрами не зовут на помощь.
Только словами. Или жестами. Глазами и словами.
Мы мечтаем словами. Цифрами мы считаем.
Время, часы, минуты. Которые проходят слишком быстро или слишком медленно.
Мы считаем оставшиеся до начала занятий дни каникул. Годы, отделяющие нас от смерти. Деньги, которые не можем потратить.
Или исчезнувших дорогих нам людей.
