Вряд ли кто-то из парней в принципе смог бы понять, почему я рисковал жизнью ради посторонней девушки. Они и про Лизу почти ничего не знали. Два года был женат на другой! А уж о Лене...
— Прошу прощения, что мешал. — Из уст взрослого матерого мужика такое покаяние тянет на подвиг.
— Проехали. С девчонкой уже работают?
— Да, следователь.
— Психолог или врач какой-нибудь нужен?
Наедине с Роговым я не чувствовал никакой тревоги, но сейчас мысль о состоянии Лены заставляет напрячься.
Свою подругу Лиза мне не простит.
Если хоть одна сволочь тронула заложницу, Рогову и его холуям не жить! Выслежу каждого, кто хоть как-то замешан в похищении. Превращу их жизни в такой кошмар, что сами явятся в полицию с чистосердечными признаниями.
— Нет. Она даже не испугалась. — Стас как-то странно улыбается.
— Как не испугалась? Ее чем-то накачали?
— Девчонке круто повезло. Рогов, похоже, не хотел поднимать шум в офисе. Чтобы заложница вела себя смирно, он скормил ей версию, что действует от вашего имени.
— Я ее выкрал?
— Да. Якобы Елизавету Ивановну с сыном снова пытались похитить, и вы увезли их подальше. А ее на всякий случай спрятали в офисе.
— Что-то менее бредовое он сочинить не мог?
Я вспоминаю разбитый телефон и рассказ соседа о том, что Лена добровольно села в машину. В тот момент фраза «Раз девушка не вырывается, значит, хочет покататься» показалась верхом идиотизма. Теперь картинка выглядит иначе.
— Возможно, если бы ее держали на складе или в гараже, не пришлось бы ничего разыгрывать.
Но в офисе понадобилось напрячь извилины. Слишком много персонала рядом.
— Лучше бы он вообще ничего не придумывал.
Пока еще сложно привыкнуть к мысли, что все закончилось. Однако удавка, которая до этого сжимала горло, ослабевает.
— Сейчас уже поздно. Следователь выжмет из этого дела по максимуму. А если люди Рогова окажутся такими же болтливыми, как и наш крот, то и напрягаться не придется.
— Окажутся. — В этом я не сомневаюсь. — Никто не захочет брать на себя чужую вину.
Героев там нет.
Перед глазами, как наяву, мелькают лица зама Рогова и его молодчиков. Типичные исполнители, без признаков интеллекта и совести.
— Тогда дело сделано. — Стас плавно сворачивает налево, в сторону дома.
Злотников уже сообщил Лизе, что я в порядке. Возможно, дал пообщаться с подругой. Мой любимый генерал в юбке даже во время полного хаоса умудрился выбить нужную информацию. Я не смог дозвониться до своих людей, ждал отчет Стаса.
