В мечтах он уже нашёл пленённую миссис Ларс и снискал славу и уважение всей Трясины. Вместе с друзьями, конечно.
В особняке было темно. Звук шагов скрадывала длинная ковровая дорожка свекольного цвета. От пыли она давно потеряла яркость. Стены были обиты тёмными деревянными панелями, тут и там висели скучные пейзажи.
Ребята крались бесшумно, не теряя из виду потенциальные укрытия: приоткрытые двери, гардеробы под потолок, боковые ходы. Голоса миссис Робертс, мистера Тонана и Эдуарда слышались теперь откуда-то сверху.
Похоже, они спорили. Голос Сущего Кошмара звучал как набат: там-там-там. Тонан частил, как маленький паровозик: пам-пам, пам-пам, а голос Мунка сбивчиво и нескладно шелестел.
Скри-и-и-п! Топ! Пумс!
Кто-то шёл по холлу прямо к Четвёрке, и ребята в панике влетели в первую попавшуюся комнату. На секунду застыли, соображая, где спрятаться, а потом бросились врассыпную. Артур заполз под большую кушетку, Люк сел на пол за разлапистым креслом, Виола шмыгнула за штору, а Роза скользнула за створку шкафа.
Ни звука. Ни шороха. Всё было тихо ещё целых пять минут, и друзья потихоньку выбрались из укрытий. Артур выглянул в коридор.
– Никого. Фух… Показалось? – спросил он шёпотом.
– Думаю, да, – чуть слышно прошелестела Роза, – в старых домах такое бывает.
– Если только это не привидение, – мрачно заметила Виола.
Они решили выждать ещё пару минут, прежде чем пробираться на второй этаж, и начали осматривать комнату.
– Это будуар, – шёпотом объяснила Роза, – видите, сколько тут платьев? А тут, о, какой туалетный столик! Вау! И косметика.
С ума сойти, тут столько древних тюбиков, это же раритет! Ух ты, а вот эти духи теперь стоят целое состояние.
В стене что-то щёлкнуло, и девочка отпрыгнула. Друзья поспешили дальше.
Путь на второй этаж оказался куда легче, стоило миновать широкую лестницу – самое опасное место, и дальше в стенах было столько ниш, что Четвёрка перебежками легко подобралась к той комнате, откуда слышались голоса. Ребятам повезло: рядом возвышалась скульптурная композиция: двухметровая мраморная девушка в накидке и с виноградной гроздью в руке, у её ног собака, а рядом, лихо подбоченившись, стояла старуха с миской ягод.
За этой скульптурой и притаилась Четвёрка.
Пока ребята выключали звук на смартфонах, Виола включила диктофон.
Те трое продолжали разговор.
Мистер Тонан устало спросил:
– Ну тебе-то, дорогая Эмма, это зачем? Детям в интернате не очень хорошо, они часто болеют там, я слышал.
