Я все еще смотрела на него – он наклонил голову, потянулся ко мне и убрал волосы с лица, замедлив толчки.
– Все еще хочешь, чтобы я сыграла? – прошептала я, и он кивнул с легкой ухмылкой на губах. Уолкер будто понимал, насколько поразил меня тем, что только что сказал, и мне хотелось отвлечь нас обоих от этого факта.
– Пожалуйста, – сказал он, его член дернулся внутри меня.
Я осторожно взяла свою гитару, которая каким-то образом осталась цела, будучи все это время на кровати рядом с нами. Когда двигалась, чувствовала, как из меня вытекает все больше спермы Уолкера.
Он простонал и начал гладить внешнюю сторону моих бедер. Его аквамариновые глаза горели, когда смотрели на меня. Я чувствовала, как он вновь становится твердым внутри меня, но игнорировала этот факт… пока что. Мне нравилось быть связанной с ним вот так, полностью заполненной. Я закрыла глаза и стала перебирать знакомые струны, а затем начала петь песню, которую написала только для него – это был первый раз, когда я посвятила песню о любви реальному человеку…
В полной темноте я блуждала потерянная,Не находя ни убежища, ни моста, чтобы вырваться и уйти.
Затем появился ты, став моей путеводной звездой,Которая вывела меня из самой темной ночи.Я покачивалась в такт музыке, пока пела, в какой-то момент осознав, что на самом деле сейчас занимаюсь с Уолкером любовью.
Я не могла назвать это иначе.
Как можно назвать это просто «трахом», когда ты обнажаешь свою душу в процессе?
Я открыла глаза и увидела, что на его лбу появилась легкая испарина.
В глазах горел огонь, зрачки расширились… он был будто под кайфом… что, возможно, и было правдой. Может быть, он был под кайфом от нас… под кайфом от меня.
Я чувствовала то же самое.
Это… это было намного лучше, чем эффект от всех таблеток, которые я когда-либо пробовала.
Ты мое безопасное место, мое убежище в шторм,С тобой рядом я чувствую себя заново рожденной.В твоих объятиях я нахожу свое утешение и свое счастье,С тобой я нашла свою надежду, свою любовь, свое безопасное место.
Я пела, и стенки влагалища сжимались вокруг его члена. Я чувствовала, что он становится частью меня. Как будто мы – две половинки одной души, каким-то образом разделенные, а теперь мы нашли свой путь обратно друг к другу. Я изумленно посмотрела на него, слеза вновь скатилась по моей щеке, когда наши тела начали двигаться в едином ритме. Вот, какой должна быть музыка. Вот, что имели в виду, когда говорили о единении разума, тела и души.
Я чувствовала его повсюду.
