– Почему вы были с моей дочерью той ночью, мистер Дэвис?
Я натянул еще одну улыбку.
– Планировал встречу с вами, – я подмигнул, сделав вид, что появившийся на ее щеках румянец и хихиканье не вызывают у меня тошноты.
Я, записав их номера в телефон, вышел из ресторана. После встречи у меня появилось желание принять обжигающе горячий душ и смыть с себя всю мерзость от того, что только что сделал.
Но как я понял… когда находишь нужную девушку… чтобы заполучить ее… нужно сделать все неправильно.
* * *– Ты бы переехала в Даллас, если бы они позволили? – полюбопытствовал я позже, когда она лежала в моих объятиях на диване, пока мы смотрели фильм.
Она замерла, а затем рассмеялась, ее смех показался мне фальшивым и неправильным.
– Немного рановато говорить о чем-то подобном, – наконец сказала она."
"Я нахмурился, размышляя, насколько сильно мне следует настаивать на обсуждении этого вопроса. Она переедет в Даллас. Было бы неплохо, если бы ее это еще и порадует.
– Что значит рано? Я согласен. Ты согласна.
Мы можем переехать, – парировал я.
Она посмотрела на меня настороженно.
– Почему ты торопишься? К чему такая спешка?
– Мне скоро нужно уезжать в Даллас. Я бы хотел, чтобы ты поехала со мной, – тихо ответил я.
Она вздохнула, и мне не понравилось, как это прозвучало.
– Мне жаль. Я не могу… я не могу торопить то, что происходит между нами. Мне есть что терять.
Я понял, что она имела в виду. Но это не значит, что я просто приму это.
– Оливия…
– Не надо. – Она вывернулась из моих объятий и повернулась ко мне лицом, мягкое мерцание телевизора играло на ее прекрасных чертах.
– Ты не понимаешь. Я в ужасном состоянии. Каждый день я буквально собираю себя по кускам. Можешь верить или нет, но даже тогда, когда я очень сильно старалась… помнишь, что случилось? Несколько панических атак… много слез. И это только начало.
Я открыл рот, чтобы сказать ей, что мне все равно, что я буду рядом с ней, несмотря ни на что.
Но она раздраженно покачала головой.
– Сегодня несколько часов мне пришлось усмирять желание принять таблетки.
Те же таблетки, которые я принимала каждый день в течение многих лет. Те же самые, из-за которых меня выставили идиоткой и позволили им забрать у меня все, потому что я постоянно была под кайфом. – Оливия продолжала качать головой, и у меня сдавило грудь от осознания того, как сильно она себя ненавидит. Она встала. – Я не могу безрассудно все бросить и отдаться тому, что у нас сейчас с тобой происходит, Уолкер.
