Он подхватил меня, будто я ничего не весила, и усадил обратно на стул. Уолкер опустился на пол передо мной, развел мои ноги в стороны и начал имитировать куни. Потом он встал, притянул меня к себе и поднял на руки.
Я обвила ногами его талию, задыхаясь от имитируемых толчков, в то время как последние ноты песни затихали.
Повисла протяжная пауза, во время которой мы молча смотрели друг на друга.
– Ух ты, – выдохнула я, и его ответная улыбка, кажется, могла зарядить меня энергией на всю жизнь.
А затем комната наполнилась счастливыми криками, долларовые купюры буквально сыпались на нас с неба.
Теперь мне стала понятнее фраза «денежный дождь».
– Хочешь уйти отсюда? – прошептал он, пока его бедра терлись о мою вульву.
Я бросила вопросительный взгляд в сторону Мэдди, которая подпрыгивала, стоя на стуле, как одержимая.
– Иди, иди, иди! Отвези этого мужчину в Страс-Секстаун! – закричала она, и я не смогла сдержать улыбку.
– Пожалуйста, – наконец выдохнула я, чувствуя, как начинаю гореть изнутри. Единственным лекарством от этого жара был его член.
Мы направились к двери, Уолкер все это время держал меня в своих объятиях. Остановившись на пороге, он повернулся к шумной толпе. Поправив кепку с сексуальной ухмылкой на лице, он сказал:
– Дамы, в следующий раз повезет другой.
Их ответные крики и свист чуть не лишили меня слуха.
Как только мы вышли из комнаты, его губы впились в мой рот, пальцы одной руки он запустил в мои волосы, а другой рукой держал меня за талию.
– Черт, – простонал он, лихорадочно исследуя мой рот языком.
– Если я не войду в тебя, думаю, умру.
Я хихикнула ему в губы, но он не посмеялся в ответ. Кажется, это была не шутка.
Он повел меня по коридору к выходу, и я уткнулась ему в шею лицом, пытаясь взять себя в руки. Почему он так чертовски хорошо пахнет?
– Оливия? – раздался голос Харли. Я подняла голову и посмотрела на кузена через плечо Уолкера. Уолкер не остановился, хотя он не мог не услышать. – Куда вы идете?
– В отель, – сказала я Харли, ухмыльнувшись. Мне казалось, что он будет рад за меня.
Но Харли совсем не выглядел счастливым. Брови нахмурены, лицо стало суровым.
– Тебе стоит остаться до конца вечеринки, Дэвис, – прорычал Харли… Что?
– Увидимся завтра, приятель, – ответил Уолкер мягким дружелюбным голосом, наконец остановившись и повернувшись к нему лицом. – Но не волнуйся! Я буду хранить то видео. Я знаю, насколько оно важное.
– Какое видео? – спросила я, не отрываясь от его груди.
Я не узнавала себя сейчас.
