— Примеряй, зайка!
— Лола, — с сомнением протянула она, исподлобья глядя то на меня, то на платье.
— Что? Не нравится? Ты же сама выбирала и цвет, и фасончик!
— Нет, очень-очень нравится! — девочка закивала, и локоны смешно запрыгали следом. — Но вдруг я его запачкаю? Оно такое красивое!
— Не беда, постираем! А если что, — подмигнула ей, — сверху наденем кружевной передничек, чтобы пятно было не видно, и все! Давай, меряй! Потом еще одно сошьем, для того, чтобы ты могла его каждый день носить и не бояться запачкать.
— А можно я его в день рождения поношу, немного? — нырнув в платье, которое я подняла над ее головой, спросила девочка.
— Даже нужно, целый день, — разгладила складочки, поправила рукава-фонарики и бант сзади. — Вот, красота же! Тебе нравится? — развернула ее личиком к зеркалу.
— Очень! — прошептала она и, широко улыбнувшись, крутанулась так, что подол надулся тюльпанчиком.
— И мне очень нравится!
— Спасибо, Лолочка! — Пружинка вдруг обняла меня.
— Пожалуйста, зайка, — потянула легонько за один локон, потом отпустила, чтобы он забавно подпрыгнул.
— Теперь давай вторым платьем займемся.
— А куда мне столько? — она сняла обновку.
— Видела бы ты гардероб моей мачехи! — я усмехнулась, открыв сундук и присев перед ним на корточки. — Она платья меняет трижды в день.
— Как это? — девочка шлепнулась на попку рядом.
— Одно до обеда, второе после, а третье с ужина, — перебрала свои наряды и вытащила одно, глубокого синего цвета. — Как тебе? Красиво и не марко. И очень к глазкам твоим подойдет!
— Оно слишком красивое, чтобы каждый день носить, — с сомнением протянула кроха.
— Тебе все слишком кажутся. Ну, нравится или нет?
— Да, но как же ты?
— А мне перед кем тут форсить? — я вытащила платье.
Янур на жену и не смотрит.
— Соломея говорит, что ты привыкла хвостом крутить перед герцогами и принцами.
— Слушай ее больше. Я таких знатных персон и не видала никогда.
— Это она папе сказала. — Девочка нахмурилась. — А еще сказала, что слышала, как ты его деревенским дураком называла.
— Что? — я вскочила на ноги.
— Это ведь неправда, Лолочка? Ты не могла так папу назвать, да?
— Конечно, нет!
Я стиснула зубы и сжала кулаки. Змея подколодная! Шепчет Януру на меня пакости в ухо, а тот и рад стараться, верит каждому слову, идиот! Выругалась себе под нос. Нет, не побегу с ней разбираться, не дождется. Буду умнее. Месть — блюдо, которое подают холодным!
— А можно и кукле сшить платьице? — Пружинка уже и думать забыла о тетке.
