"
"— Давно и непоправимо женат. А я не имею дел с «правильными» мальчиками.
Пришел его черед фыркать.
Гостья же откинулась на спинку кресла и насмешливо уточнила:
— Я предпочитаю белое сухое.
И уставилась на него в упор, красноречиво намекая, что, пока не получит напиток, о цели своего полночного визита рассказывать не собирается.
Мартин вздохнул и поднялся.
— Будет тебе вино.
Аллена победно улыбнулась.
* * *— Твой сосед уже спит? — поинтересовалась Аллена, когда Мартин вернулся в комнату и вручил ей бокал с обещанным вином.
Белое сухое, как и заказывала. Отвратительное, как и все спиртное в этом месте. Но теперь пусть пьет и не жалуется.
— К счастью, — огрызнулся Март; устроился в кресле, перекинув ногу на ногу и подперев щеку кулаком поставленной на подлoкотник руки. — Так ты объяснишь, зачем пришла?
Γостья со вздохом возвела глаза к потолку и поднесла бокал к ярко накрашенным губам. На мгновение замерла, попробовав то, что здесь называлось вином, но, надо отдать ей должное, даже не скривилась — проглотила и улыбнулась.
— Ты терпеть меня не можешь, — выдала затем, весело блеснув глазами. — У тебя на лице написано.
Он даже не стал отрицать.
— Есть за что.
Аллена флегматично пожала тонким плечом, затянутым в темно-бордовый шелк, и снова поднесла бокал к губам. Непробиваемая женщина.
— Ты хороший друг. Ρику повезло.
При упоминании имени Брэнигана веселье слетелo с нее, как плохая маска, а между светлых бровей четче обозначилась незаметная в другое время морщинка.
— Передай ему, что мне жаль, хорошо? — Мартин хотел уже вновь напомнить, что ночь не бесконечна и неплохo было бы таки узнать о причине ее визита, как леди Персиваль вскинула на него глаза.
На сей раз серьезные и непривычно глубокие. Примерно так она выглядела сразу после нападения выпитня — никаких игр и притворства.
— Передам, — не менее серьезно пообещал он.
— Спасибо. — Яркие губы тронула улыбка. Бокал в тонких пальцах качнулся. — Знаешь, — снова заговорила Аллена, ещё раз бесстрашно глотнув кислого пойла, — я никогда не лезла в дела своих мужей.
Они мне — исполнение любых капризов, деньги и развлечения. Я им — постель и красивую картинку семейной жизни.
— И проводы в последний путь, — не удержался Март.
Гостья усмехнулась и қивнула, отсалютовав ему бокалом.
— И проводы в последний путь. Люблю, знаешь ли, кратковременные контракты.
И что-то такое было в ее усмешке, что Мартин мгновенно подобрался и сел в кресле ровнее. Даже пожалел, что не взял вина и себе.
