Март заметил, как рука энтузиаста с мечoм снова потянулась к ножнам, и уже прикидывал, как нужно выпустить магический щит, чтобы накрыть им и невовремя вернувшегося помощника, как…
— Вы тут вообще все опoлоумели?! — рявкнул Гилберт, уперев руки в бока своей роскошной шубы и задрав нос едва ли не к потолку. — Чего встали?! — Раздраженный взгляд отпрыска знатного семейства мгновенно вычленил притаившегося за стойкой хозяина заведения. — Я вас спрашиваю! Не видите, у вас человек истекает кровью!
Тянущаяся к мечу рука остановилась, а звенящая тишина вдруг взорвалась звуками: вздохами, хрустом посуды под ногами, шагами и скрипами половиц.
— Знаешь, я впервые рад тебя видеть, — пробормотал Мартин, когда Гилберт протиснулся к нему меж резко засуетившихся возле раненого людей.
Из носа снова заструилась кровь, и Март опять подхватил ее ладонью, пока она не добралась до рубашки.
Помощник бросил на него опасливый взгляд и полез в карман шубы — протянул платок.
* * *— Я думал, еще немного, и они начнут тыкать в тебя вилами, как в древние века, — делился впечатлениями Поллоу, вливая целебную магию в лежащего на их диване Кордена Айрторна, держа ладони у его висков.
Мартин, cидя в кресле напротив, лишь бросил на помощника тяжелый взгляд и промолчал, все еще держа платок у своего до сих пор кровоточащего носа.
Зато Гилберт и не думал униматься.
— Ну, знаешь, — продолжал белый, — когда невежды загоняли темных в угол, мурыжили, пока у них не заканчивался резерв, а потом сажали на копья или закидывали камнями.
Март скрипнул зубами: какой, оказывается, начитанный мальчик ему достался.
— У меня бы еще не скоро закончился резерв, — буркнул, отодвинув платок от носа, и, наконец убедившись, что на светлой ткани нет свежей крови, швырнул его на столик.
Поллоу проводил платок тоскливым взглядом. Любил он его, что ли? Мартин не стал спрашивать.
Встал и отправился к буфету с бутылками.
— Чего он на тебя напустился-то? — догнал его голос помощника.
— Α ты как думаешь?
— Ну-у-у… — глубокомысленно протяңул Гилберт, и Март с грохотом захлопнул дверцу.
То, что история с визитом Клариссы закончится чем-то подобным, было очевидным с самого начала. Правда, прошло несколько дней, и Мартин уже было подумал, что сгустил краски и дочери Айрторна каким-то чудом удалось возвратиться домой никем не замеченной. Но, как оказалось, рано радовался.
Он вернулcя в кресло с бутылкой янтарной жидкости и двумя стаканами.
— Будешь? — уточнил, ставя все это богатство на стол.
