Приуз — невольный участник этой авантюры, всецело преданный и верный королю, принципиальный и порядочный человек, поддавшийся на шантаж, чтобы защитить своего ребенка.
А что станет с гильдией? С магами? С будущей академией? Три года, три чертовых года бессонных ночей и бесконечного хождения по кругу — крупицы результатов, капли в море. Впереди — годы работы. И что случится, если во главе магов вновь встанут только белые? Α так и произойдет — после публичного обвинения Марта в измене черные снова будут считаться неблагонадежными, опасными «трупоедами».
Что тогда будет? Новые артефакты-ограничители? Кандалы? Тогда уж цепь на шею — зачем мелочиться?
Стоит хотя бы одному из сообщников Жиль сболтнуть о том, что слышал о Вите, и крахом пойдет все, все те крохи успеха, которых удалось добиться за последние годы.
Одно лишнее слово — и изменить ничего будет нельзя.
Кто эти люди, там, в домике? Кто из них тоже жаждал крови и нового мироустройства, как их предводительница, а кого заманили обманом, подкупом, незнанием, в конце концов? Кого из них ждут где-то родные и близкие? Кто из них действительно заслуживает cмерти?
Οн не узнает.
Мартин шумно выдохнул и оторвался от дерева.
К черту! Решение принято. Самое дерьмовое решение в его жизни, но дело нужно закончить.
И он, вновь подобрав веточку, добавил в рунный узор ещё один знак — «Пламя».
* * *Когда подоспела подмога, крики уже смолкли.
Март мог бы легко использовать звуконепроницаемый щит или хорошо знакомую ему руну, но просто стоял.
Смотрел и слушал, впитывая в себя эти мгновения, свой поступок — свое решение. А на его бледном в лунном свете лице блуждали отблески адского пламени.
Потом стало тихо — кричать было больше некому. Только потрескивали, догорая, бревенчатые стены, да осуждающе вздыхал Хозяин леса.
Не бойся, Хозяин, твои угодья в безопасности. Как и тайна Виты…
— Лорд Викандер! Лорд Викандер! — К нему подоспел начальник отряда гвардейцев. — Что произошло? С вами все в порядке?
Усилием воли сбросив с себя оцепенение, Мартин перевел на него взгляд; кивнул.
— В порядке. Видимо, на домике стoяли защитные руны — я стер одну, и все вспыхнуло. Все, кто был внутри, погибли.
Γвардеец смачно выругался, забыв про всякий пиетет перед королевским посланником, и повернулся к догорающему строению.
— Заживо сгорели? Вот же…
— Заживо, — подтвердил Март, отступая. — Руны до сих пор стоят — к домику не подойти, я ничего не смог сделать.
