– Мой.
Порождение подошло к Разрыву, настороженно обнюхало ее ладонь.
— Это все еще я, Сатис. Ну же."
"Воздух в комнате задрожал, подернулся золотом. Марори скосила взгляд – Марроу медленно отходил к ней, одной рукой поддерживая упругий защитный барьер, а из пистолета во второй отстреливаясь от размытых, похожих на кляксы пятен, которые одна за другой просачивались сквозь рваную дыры в самом центре двери.
— Не знаю, что ты там делаешь, нильфешни, но надеюсь, нам это поможет, - сквозь зубы прошипел эрэлим.
Она рискнула притронуться к израненной морде Сатиса: на ней было так много свежих шрамов, что наивная попытка их пересчитать хотя бы примерно отозвалась нощей болью под ребрами.
Что же с ними произошло?
«Я привел человека к тебе», - прозвучал в ее голове глухой рык.
«А теперь приведи себя», - так же мысленно ответила она, ни на секунду не прекращая визуальный контакт.
«Это сделает меня слабым».
«Зато мы будем вместе».
Он все равно медлил. Достаточно долго, чтобы Марори начала сомневаться в их связи.
Сатис встряхнулся, заскулил, скорее с досады, чем от слабости – и одним пружинистым рывком выскользнул из плена Хаоса… Чтобы встать рядом с ней огромным поджарым псом с отчетливо выступающим хребтом под туго натянутой лоснящейся черной кожей. Даже в такой трансформации он был достаточно крупным, чтобы провезти Марори на собственной спине. Его глубоко посаженые глаза мерцали всеми оттенками кошмаров, которые только может испытать человек. Но глядя в них, Марори знала, что каждый таящийся в них кошмар отныне и навсегда будет предназначен только ее врагам.
— Гончая кошмаров, - пробормотала она.
«Я – твой. И я буду с тобой до конца».
Марори с облегчением выдохнула, погладила его по морде.
— А, проклятье! – вскрикнул Марроу.
Он завалился на спину. Золотистый барьер вздрогнул и распался множеством осколков. Марори успела заметить, что черных бесформенных существ неожиданно стало так много, что от них потемнело вокруг. И одна тварь как раз грохнулась на грудь Марроу, норовя вонзить в глаза эрэлима длинные щупальца.
«Сатис, взять его».
Порождение обнажило клыки с какой-то почти по-человечески злой ухмылкой – и ринулось к противнику. Сатису потребовалось одно мгновение, чтобы схватить черную тварь и перекусить надвое ее бесформенное тело. Марроу вскочил на ноги. Долю секунды они с Порождением оценивали друг друга откровенно враждебными взглядами, а потом Сатис облизнулся и с воем бросился в самую гущу черных тварей. Марроу хмыкнул и ринулся следом.
