Эти и появились незамедлительно, заверили, что подарят пятнадцать лет жизни, о которой можно только мечтать, но взамен по истечении упомянутого срока я буду обязан провести ритуал и передать им в вечное владение душу. Конечно, я не сразу согласился. Заметив мое колебание, демоны протянули мне пузатый кошель с золотниками. Я сроду не видывал таких денег. Но и тогда не пошел на сделку, сказал, что должен подумать. Они дали мне ровно сутки на размышления и взяли с меня слово, что ни одна живая душа не узнает о нашем разговоре.
– Почему тогда согласился? – осмелилась подать я голос.
– По пути домой я встретил Лилиан, ту самую девчонку, которая учила играть меня на пианино. Впервые в жизни со слезами на глазах она бросилась ко мне в объятия, стала причитать, что я обязан спасти ее от замужества с каким-то стариком, иначе она наложит на себя руки, что любит всем сердцем меня одного. Тогда я все для себя и решил. Потому что тоже любил Лилиан, не представлял без нее своего будущего. А что я мог дать ей, нашим детям, будучи простым трубочистом? Да и кто бы нам разрешил пожениться? На вопрос, согласна ли она стать моей женой, Лилиан ответила, что готова отправиться со мной хоть на край света, лишь бы я был рядом.
Домой я явился не с пустыми руками, солгал, что нашел хорошую работу в соседней империи и уже завтра вечером отправляюсь туда и, возможно, мы уже никогда больше не увидимся. Все были рады за меня, говорили, что хоть кому-то из нас удастся выбраться из нищеты. Лишь мама не поверила в мои россказни, поняла, что я задумал что-то недоброе, и прорыдала всю ночь напролет.
Однако в новую жизнь мне было позволено взять всего одного человека, и мой выбор пал на Лилиан. Другой вариант я даже не рассматривал. Я предал, Элейн, свою семью: родителей, братьев, сестер. Наверняка у меня были и сестры.
– Наверняка? – в недоумении повторила я за ним.
– Как бы это ужасно ни звучало, но у меня нет толком прошлого. Едва мы обо всем договорились с демонами, один из них приложил ладонь к моему лбу, и меня незамедлительно поглотила темнота.
Я очнулся уже в особняке, Лилиан оказалась рядом, в одной постели со мной, а на прикроватной тумбочке лежали документы на наши имена. Так что имя Маркус, скорее всего, вымышленное. И род Уэстов – это не более чем бесчисленное количество подобных мне глупцов, продавшихся демонам за деньги.
– Так ты мне лгал о себе? Об отце, о твоей любви к игре на пианино?
– Все, что я рассказывал тебе о себе, чистая правда.