Практически вся выгруженная на берег техника уничтожена, а то, что уцелело, захвачено противником. К сожалению, силы, противостоящие нам в этих местах, оказались значительно более серьезными, нежели мы могли предположить.
— Я так полагаю, что существенную роль в этом провале сыграли и ваши люди, господин Сценарист? Ведь если я понял правильно, то вы находились здесь еще задолго до начала военных действий и имели возможность самым тщательным образом выяснить сложившуюся обстановку?
Гость побагровел.
— Не думайте, что здесь все было настолько уж просто.
Я потерял практически всю свою группу, пытаясь получить то, что вам требовалось. Сам чудом ноги унес!
Майор удивленно посмотрел на собеседника. Перевел взгляд ниже.
— Э-м-м-м… Я что-то не заметил, чтобы вас вносили в палатку на руках. По-моему, вы и сами вполне в состоянии передвигаться, и вам нет необходимости держать в руках собственные ноги. Или я что-то не понимаю?
— Это специфическое, чисто русское выражение, означающее, что мне еле-еле удалось спастись самому.
Гратц кивнул.
— Теперь я это понимаю. И чем же вы можете быть полезным мне в сложившейся ситуации? Людей, как вы уже сказали, у вас нет. Сведениями, которые вам известны, я склонен пользоваться с осторожностью, ибо пример у меня перед глазами имеется.
Сценарист усмехнулся.
— Ну, примерно что-то в этом духе я и предполагал. Не буду оспаривать ваших талантов в военном деле, наверняка они превосходят все, что я способен себе вообразить. В противном случае вас бы попросту никто не стал высаживать в этих местах.
Тем не менее это было сделано. Стало быть, на вас возлагались достаточно серьезные надежды, и имелись основания полагать, что эти ожидания могут быть вами реализованы. В противном случае батальоном командовал бы кто-то другой. Я прав?
Майор в свою очередь усмехнулся.
— Спасибо. Но я малочувствителен к лести. Хотя и принимаю к сведению ваши слова. Итак?
— Давайте смотреть правде в лицо, господин майор. Наша миссия здесь провалена. И никаких шансов переломить сложившуюся ситуацию в свою пользу не имеется.
Вы, разумеется, вполне способны нанести противнику существенный, местами даже крайне болезненный урон, но задачу в целом выполнить нереально. Единственная цель, которая сейчас перед вами осталась, это вернуться назад с минимальными потерями. Как вы понимаете, и меня в данных краях ничего более не удерживает.
— То есть вы хотите, чтобы мы забрали вас с собой? Сколько вас?
— Я сам и мой водитель.
