Чтоб пас он этот выход и не зевал! Слега водительскую дверь держит, Леха пассажирскую…
— А заднюю?
— Ну, пока ее откроют… там уже полон кузов мертвяков будет! Ладно, там я и сам погляжу, не кипешуйте! Усек?
— Ну…
— В темпе дуй к остальным и все им доходчиво растолкуй! Машину не корежить — башку сверну! Нам она и самим нужна будет!
Бандит убежал.
Достав из кармана военной куртки плоскую банку с конфитюром, которая оказалась в одном из пайков, главарь сдернул крышку и отбросил ее в сторону. Перекусим пока… да и чего там комплексовать? В «буханке» будут человека три-четыре, навряд ли больше.
В шесть стволов их тут так принять можно… мало не станет!
Несколько замахов ложкой — и вот она уже скрежещет по дну. М-мать! Только разъелся… ладно, потом еще перекушу! Серебряный со вздохом повертел банку в руках, и размахнувшись, отбросил ее в сторону.
Мощным броском, его руки не потеряли еще силы! Описав в воздухе полудугу, банка, мелькнув на солнце мимолетной вспышкой (отразившимся от ее дна солнечным лучом), повисла… прямо рядом с дорогой.
На торчащем вбок сучке…
Бывает же такое!"
"Вертясь на нем, она периодически посылала куда-то в лесную глушь солнечные высверки, отражавшиеся от блестящих боков. Вот же ж! Встать и снять? Да ладно… и так сойдет.
Главарь щелкнул предохранителем и поудобнее пристроил у пенька автомат.
Подвывая мотором, «буханка» резво перла вперед, только деревья мелькали. На ухабах ощутимо подбрасывало, и, обернувшись к водителю, я поинтересовался — не дрова ли он раньше возил? Внушение возымело действие, скорость чуток снизилась, и зубы перестали лязгать на каждой кочке.
Гратц благодарно прикрыл глаза.
Описав полудугу, мы объехали основательный такой булыган, который неведомая сила откуда-то притащила и поставила прямо поперек дороги, и бодро поперли вверх по склону.
— Миха! — донесся до меня голос сопровождающего машину ополченца. — Чего там такое блестит?
— Где?
— Да, справа! Вон, на дереве!
Машина чуть сбавила скорость, водитель приглядывался.
— Да, черт его… не пойму.
— Старшой! Он останавливается! Срисовали нас, падлы! — резанул по ушам главаря истерический выкрик.
Серебряный и сам видел, что только что бодро катившийся «уазик» внезапно резко сбавил скорость.
«В чем дело?! Он, в натуре, тормозит! Сейчас руль крутанет — и вилы!» — промелькнула в голове суматошная мысль.
Надо полагать, таковые сомнения посетили не только главаря.
