На земле имеются следы передвижения небольшой (пять-шесть человек) группы людей. Но ввиду того, что тропа отхода была присыпана табаком, собака след не взяла.
Исходя из вышеизложенного, могу утверждать, что обнаруженный бункер мог использоваться неизвестными для хранения в нем снаряжения и припасов. С целью маскировки своего укрытия они могли организовать искусственный обвал грунта, которым был засыпан основной вход в подземелья. По-видимому, ими же и были установлены заряды, на которых подорвалась группа заключенных, направленная на раскопку этого входа…»"
"Писавший рапорт оперативник не был опытным и хорошо знающим тонкости оперативно-разыскной работы, сотрудником.
Переведенный на эту должность прямо из участковых (а что делать, если полицейских почти не осталось в живых?), он на первый взгляд казался медлительным и задумчивым. Возможно, именно поэтому, он не смог внятно сформулировать свои вопросы к военному, который руководил раскопками. Но зато новоявленный оперативник обладал природной сметкой и дотошностью и не спешил делать скоропалительные выводы — жизнь отучила.
Так или иначе — а свой рапорт он направил в город только на следующий день, когда прибывший в лагерь военный уже успел уехать. И поэтому ничего не узнал о том, какие интересные находки были сделаны новоназначенным «кумом»…
По странному стечению обстоятельств (а может быть, совсем и не по странному, если учитывать некоторые нюансы…) рапорт попал прямо в руки Ванаева, «удачно» миновав все предыдущие инстанции — официальные и не очень.
И надо же так было случиться, что рядом (вот уж воистину мистика какая-то!) «случился» и капитан СОБРа. Уж в чем в чем, а в отсутствии чутья Попова никак невозможно было упрекнуть…
— Слышь, старшой… ты, это… сбавь чуток, а? — пересохшими губами проговорил бежавший последним в цепочке уголовник. — Ноги уже совсем не идут!
— Руками помогай! — огрызнулся «Серебряный». — Или, думаешь, я тебя тащить должен?! Так тащить не могу, а подогнать…
— Леха дело говорит! — поддержал жалобщика еще один из бегущих.
— Верст на десять оторвались уже, сколько ж можно-то еще?
— Сколько нужно — столько и можно! — отрезал главарь. Но осмотрев свое «воинство», сплюнул на землю. — Вон там привал сделаем, под горкой…
И действительно, сил у вчерашних зэков почти не осталось. Лагерное питание и так-то несильно способствует железному здоровью, так еще и предыдущая «веселая» жизнь тоже внесла в это достойный вклад.
