Три легких и три средних танка уничтожены огнем противника и остались в глубине его позиций. Два средних танка получили сильные повреждения и эвакуированы в тыл силами ремонтно-восстановительного батальона. Один средний танк (лейтенанта Хашке) получил сильные повреждения, обгорел и ремонту не подлежит.
Подбито и подожжено шесть бронетранспортеров.
Два грузовых и один легковой автомобиль уничтожены.
Получил повреждения один штурмовик.
Погиб командир третьего батальона капитан Нойфельд. Его батальон понес самые большие потери и практически утратил боеспособность.
Убит 21 офицер.
Убито 432 унтер-офицера и солдата вермахта.
В госпиталь направлено 9 раненых офицеров, 237 унтер-офицеров и солдат.
Командир 18-го пехотного полка майор Крайновски."
"Глава 35
Как там в песне поется? «И солнце жарит, чтоб оно пропало»? Так вроде у Юрия Визбора? Небось тоже в подобную переделку попадал. Хотя вряд ли, когда б он успел? Да и где? А я вот тут, как на сковороде. Блин, хоть бы тучка какая, что ли… Как всякий кот, я воду, а особенно в виде дождя, не люблю.
Но сейчас был бы рад самому проливному ливню. Заодно и умылись бы.
Слева захрустел песок, и я чуть повернул голову. Кого это там черти носят? А… еще один искатель тени… Ну-ну, флаг тебе в руки. Найти таковую днем здесь можно было разве что во сне. Я осмотрелся по сторонам.
Когда-то здесь добывали глину. Еще были видны следы ее разработки. После этого осталась большая, метров шестьсот в диаметре, котловина, почти правильной круглой формы.
Практически отвесные стены поднимались на высоту приблизительно десяти метров. Вход сюда осуществлялся по дороге, которая тянулась вдоль стены, постепенно выводя наверх. Судя по всему, выхода отсюда не было. Совсем. Во всяком случае, за время моего нахождения тут я не видел, чтобы хоть кто-нибудь отсюда выходил. Иначе как ногами вперед. То есть покойников-то вывозили, надо полагать, на кладбище. А вот живые оставались здесь. В верхней части дорога была перегорожена колючей проволокой.
В загородке имелся узкий проход, закрывавшийся рогаткой. За проволокой стояло два пулемета. Еще по одному пулемету было установлено на краях котловины, справа и слева от выхода наверх, напротив друг друга. Около них постоянно дежурили немцы. Раз в день немцы сбрасывали вниз какое-то количество буханок хлеба и костей с остатками мяса на них. Делалось это совершенно произвольно, в любое время. Могли сбросить утром, могли к вечеру. И в любом месте.
