А вот как это сделать? Лезть под пули? А что там Травников говорил? Перед возвращением у меня изменился сердечный ритм? То есть в любой момент я вернуться назад не сумею? Должны совпасть какие-то там условия? Какие же? И каков будет вывод? Один он будет – надо выжить. Когда там будет возвращение, да и будет ли оно вовсе, еще неизвестно. Так что будем жить! Желательно здоровым и не больным.
Получив порцию, я уселся на лежащие в углу двора бревна и принялся за обед. Судя по времени, завтрак я благополучно проспал.
Или, вернее, провалялся в беспамятстве. Поэтому жрать хотелось весьма неслабо.
– Не помешаю, Палыч? – Ко мне подсел долговязый светловолосый боец. Один из «соратников»? Похоже. Был он весь какой-то помятый, что ли. Или от природы неуклюжий.
– Садись, место некупленное.
– Спасибо тебе сказать хочу.
– Хочешь – говори. За что?
– Ну, если бы не ты со своей готовностью к исполнению приказа, то Шумила нас бы еще в сарае пострелять мог. Запросто, с него станет.
– Старлей-то? Этот могет.
– Пацаны говорили, за ним такое уже водилось.
– Сам кто видел или сплетни?
– Из старого состава роты есть пяток пацанов. Они и рассказали. В атаку ребята вставать стремались, он и завалил двоих. И потом, на отходе уже, один ранен был, идти не мог, так он и его тоже… того…
– С какого бы хрена-то? С первыми двумя – понятно. А этого за что?
– Крикнул, что, мол, немца тут дожидаться будешь?
– Да… Надо от него подальше держаться, а то, не ровен час, ему еще чего в башку прилетит.
– Да уж скорее бы…
– Ты о чем это?
– А ты?
– Ты головой-то думай иногда, ладно? Ушей и тут хватает, и опомниться не успеешь.
"
"– Ладно тебе, дядя Саша, чего ты к словам прицепился? Ты лучше скажи, что делать будем дальше?
– А у тебя что, вариантов до хрена? Куда ты отсюда денешься? Вон, за воротами вертухаи со стволами стоят, а мы тут сидим, за забором. Вот на фронт попадем, там и посмотрим. Глядишь, и повернется к нам фортуна передом.
– Кто повернется?
– Фортуна. Это богиня счастья такая была у древних греков.
На кого посмотрит – тому и подфартит.
– И-и-и сказал! Где те греки и где мы?
– Ты, короче, давай по делу. Зря не баклань. Если есть что сказать – говори. Нет, так я жрать дальше буду.
– Слушок прошел, – светловолосый оглянулся по сторонам и понизил голос: – Будто капитан для нас что-то особенное измыслил. Такое, что точняк на тот свет и отвалимся все разом.
– Так ить фронт, голуба! Тут каждый миг на бошку что-нибудь брякнуться может.
