– Как я понимаю, основные ко мне вопросы от вас последуют? Так ведь? О прошлом говорить будем или уж сразу – о дне сегодняшнем?
Мои собеседники переглянулись, в глазах Яковлева сверкнул огонек, он чему-то радовался.
– Хм-м… – Травников похлопал себя по карманам и вытащил трубку. Достал подставку, разложил и положил на нее трубку. Вытащил из другого кармана кисет с табаком. Повертел, положил на стол и внимательно на меня посмотрел.
А вот глаза у него были совсем молодые! Задорные, я бы сказал.
– А вы правы, Виктор Петрович! – Травников повернулся к генералу: – Вечно я, старый черт, перестраховываюсь!
– Ну, вы уж скажете – старый! – Генерал был явно польщен.
– Вашего задора на десяток молодых с избытком хватит.
– Видите ли, Александр Сергеевич, – повернулся ко мне Травников. – У нас с генералом возник спор, можно ли вас, вот так сразу, в курс дела вводить? Я, грешным делом, сомневался – уж больно много всего на вас свалилось за последнее время. Виктор Петрович же настаивал, что можно. Более того – нужно.
Сказал, что вы и сами поднимете этот вопрос на первой же встрече. И вот – он оказался прав.
– Ну так и к делу. В чем вопрос-то? – Я посмотрел на академика. – Рассказывайте, вот тогда и посмотрим на мою психику.
– Да? Ну, ладно, слушайте. На сегодняшний день вы единственный известный нам человек, чье пребывание в прошлом мы можем достоверно доказать.
– Только вы?
– А вы имеете в виду наших заокеанских… э-э-э… коллег? Точнее сказать, оппонентов?
– Ну да, американцев. Отдел Д-5.
– Угу.
У них есть множество разрозненных фактов, которые, в принципе, могут быть использованы для доказательства нескольких аналогичных случаев. Но вот ни одного человека, кто бы сам совершил подобный… э-э-э… вояж, у них нет. И никогда не было. В течение последних двадцати лет у нас был, как бы это сказать, паритет. Ничьи теории не имели под собой убедительного и однозначного подтверждения. Или опровержения. Надо сказать, что изначально наши методы исследования значительно различались. Американцы сделали упор на техническую сторону вопроса, мы больше работали с… как бы это правильнее сформулировать… головой.
Да. Именно с головой.
– Точнее, с мозгом.
– А, так вы и про институт знаете? Уже лучше, объяснять не придется. Да, мы работали, если так можно сказать, с мыслями. И ощущениями. Вам же знакомо такое ощущение, когда время словно бы застывает?
– Приходилось такое замечать.
– И как часто?
– Ну… пару раз.
– Отлично! – Академик подвинул свою трубку.
