Вернул флягу.
– Твой? – кивнул он на труп Скорцени.
– Черт его поймет. Тут и мина недалеко легла, и гранаты мои… Поди разбери сейчас…
– Все равно. С твоей подачи, так или иначе, а ему теперь точно амбец. Наконец-то…
– Что, сильно гадил?
– А ты не знаешь?
– Я что, господь бог, обо всех знать?
– Ну, если только одних его кровников здесь собрать, боюсь, немного места свободного останется.
– Даже так?
– А ты думал, он просто так свое прозвище получил? Это же мы его так окрестили. А он и щеки надул, думал, это его крутость оценили.
Мы-то совсем другое в виду имели.
– Понимаю…
– Я тебе сейчас навскидку человек двести назову, кому ты теперь братом станешь. Так что если бы мы сегодня только его одного угрохали, так одно это многого стоило бы.
– И много их там, на тропе?
– Ну, если с этими считать, то только убитых почти полсотни человек набралось. Да еще и раненые… В общем, покосили их изрядно.
– А у нас?
– Командир звонил, в лагере… в общем, полегли они все там. Кровища везде, и тел нету, унесли.
– Ну так и у нас теперь есть кого показать – вон, все тут. Приходи и смотри! Интересно мне будет послушать, что теперь грузины скажут?
– Они уже сказали. Подразделения абхазской армии перешли границу и атаковали колонну резервистов грузинской армии. Часть убили на месте, часть увели с собой за границу. На месте боя обнаружены трупы военнослужащих абхазской армии. В форме и с документами. К нам сюда едут уже представители миссии ООН. Сам понимаешь, тебе и Петровичу с ними встречаться не с руки.
– А в лагерь их сводить? Пусть заодно и там посмотрят. Видно же, кто нападал и кто защищался.
– Откуда видно? Трупов нападавших там нет. Защитников тоже. Кто и с кем воевал?
– А американец этот? Копыта не отбросил еще?
– Про него молчим. Его-то как раз и ищут больше всех. Не было его тут, понял?
– Так, я не пойму, раненых грузин что – не допрашивали?
– Кто мы? Так наше мнение для ООН ничего не значит. И признания пленных будут объявлены результатами запугивания.
А какие показания они ооновцам дадут… тебе пояснить, что там будет сказано?
– Не надо, сам догадался.
– Так что собирай манатки, и дуйте с Петровичем на базу. Там отсидитесь, пока суд да дело.
– Весело… что ж мы тут тогда горбатились? Ушли бы в лес, только-то и делов?
– Официальные говоруны пускай себе и дальше брешут. У них работа такая – врать в глаза. Но вот когда они еще раз сюда прийти захотят… Не враз на это желающих найдут.
