– Значит, за время моего отсутствия здесь что-то произошло, так что же? Вы смогли убедить своего друга, что он ошибся в Ларисе Петровне, и он вам поверил? Или? – Лев Иванович взглянул Погодину прямо в глаза.
– Или, – усмехнулся Леонид Максимович. – Нашелся человек, который ему мозги прочистил. А уж теперь, когда вы его семью нашли, Колька быстро на поправку пойдет.
– Значит, приворот с него сняли? – со знанием дела спросил Гуров.
– А мне говорили, что городские в подобных вещах не разбираются, – опешил Погодин, явно не ожидавший от Льва Ивановича такой осведомленности.
– Так городские тоже разные бывают, – значительно произнес Гуров."
"– Ну-ну! – хмыкнул Леонид Максимович и предложил: – Пошли завтракать, что ли? Вот уж отъемся за все те дни, что как на иголках жил, и кусок в горло не лез!
– Подождите, скажите сначала, Григория взяли? – спросил Лев Иванович.
– А то! – воскликнул Погодин. – Я так думаю, что он все больницы обзвонил, пока не напал на ту, где Колька лежал. Ну, поинтересовался Гришка, как тот себя чувствует, а ему в ответ, как мы велели: помер, мол.
Только Кольки там уже не было – мы его в частную клинику перевезли, так надежнее будет. Вот возле психушки, где Лариска лежала, мы его и встретили ласково, – выразительно сказал он. – Так что правы вы оказались. Только шел он туда не вытаскивать сестру, а кончать – видно, не нужна она ему больше стала, – и объяснил: – Шприц у него в кармане большой был, на десять кубиков, как они говорят, а в нем пенициллин.
А у стервы этой на него, оказывается, аллергия страшная, так что померла бы Лариска, как пить дать.
– Ну да, обнял бы он ее по-родственному, если бы только добраться до нее смог, а сам укол сделал, – согласился Гуров. – Где он жил, выяснили?
– И даже обыск провели, а там много чего любопытного оказалось, – многозначительно сказал Леонид Максимович.
– В том числе и завещание Ларисы, что ее наследниками являются Григорий и дети, причем в равной степени, так? И, как и в завещании Савельева, степень родства с Григорием не указана, – сказал Гуров.
– Да, – растерянно подтвердил Погодин. – А это что-то значит?
– Все расскажу, ничего не утаю, – пообещал Лев Иванович. – Надо будет мне все, что вы нашли, посмотреть, а потом с Григорием поговорить. Или с ним уже кто-то беседовал и он для дальнейшего общения больше непригоден?
– Ну, зачем вы так? – укоризненно произнес Леонид Максимович. – Помять мы его, конечно, помяли.
