Есть у меня кудесник один, который в два счета с этим вопросом разберется, – и спросил: – В этом компьютере какие-нибудь рабочие документы могут быть?
– Нет, – покачал головой Погодин. – Колька всегда очень четко разграничивает рабочие и семейные дела.
Гуров достал телефон, не заметив при этом, что тот практически разрядился, и позвонил Ежику, очень талантливому парнишке, которого когда-то вытащил из крайне неприятной истории, и теперь он работал в одном солидном банке специалистом по информационной безопасности.
– Ежик! Я тебе сегодня привезу компьютер, и тебе нужно будет выяснить, откуда пришло одно очень гадкое сообщение.
Но тут Леонид Максимович его перебил:
– Не отвлекайтесь, Гуров. Мой человек и отвезет, и подождет, и заплатит.
Подумав, что ему действительно не стоит тратить время на разъезды, Лев Иванович согласился и сказал Ежику:
– Прошерсти весь компьютер от и до, восстанови удаленные файлы… В общем, не мне тебя учить! Мне нужно знать обо всем, что там когда-нибудь было.
Охранник, получив адрес Ежика и забрав ноутбук, уехал, а Тимофеев воскликнул:
– Так нужно же матери сказать, что дети живы! А то она с ума сходит!
– Я тебе это велел? – раздраженно спросил Тимофеева Погодин, и тот заткнулся. – Вот, когда нужно будет, тогда и скажем.
Гуров повернулся к нему и довольно неприязненно проговорил:
– Послушайте! Вам не кажется, что пора наконец раскрыть все тайны вашего двора, а то вы все что-то темните? А если вы сами способны во всем разобраться, то я вам тогда зачем? Поеду домой досыпать.
– Да расскажу я вам все! – пообещал Погодин.
– И желательно с самого начала, – сварливо заметил Гуров. – Что представляет собой Савельев и кому он так сильно дорогу перешел, что ему решили вот так изуверски отомстить?
Появившаяся со столиком на колесах уже немного успокоившаяся – видимо, ей сказали, что с ее Валентином все обошлось, – горничная быстро поставила на стол и чай, и кофе, принесла тарелки с бутербродами и разнообразной нарезкой.
– Спиртное в баре, и бокалы там же, – сказала она и ушла.
– Будете? – спросил Погодин, направляясь к бару.
И Гуров, и Тимофеев одновременно покачали головами.
– Ну а я себе позволю, а то до сих пор дрожь пробирает, как вспомню, каким я Кольку из машины вытащил.
Он достал из бара-холодильника бутылку водки и толстостенный бокал для виски.
