К счастью, теперь она остаётся с нами навечно.
Я не совсем поняла это его «навечно», но тут другая мысль пришла мне в голову.
«Бедняги, – думала я, переводя взгляд с одного брата на другого. – Всё ещё девственники, и неизвестно, как долго такими останутся».
«Эй, сестрёнка, мы вовсе не девственники!» – раздался в моей голове голос Роба.
«Но... Но как!?..» – мысленно ахнула я.
«Что значит – как? – хмыкнул один из близнецов. – Тебе что, нужно объяснять про птичек и пчёлок?»
«Мы успели распрощаться с девственностью ещё до перерождения, когда это ещё было безопасно», – пояснил второй.
«Я не об этом! Как вы меня услышали?!»
«Ты обратилась к нам», – пожал плечами Роб.
«Но я же не умею!»
«Как оказалось – умеешь. Видишь, это совсем не сложно».
«Надо же. И правда – не сложно. Постойте, так вы что же – в четырнадцать?!..»
«Рэнди, это вы, девочки, перерождаетесь в четырнадцать. А мы, парни, в восемнадцать. Как видишь, времени – куча».
«Я так понимаю, ты всё же научилась общаться без слов?» – к голосам братьев присоединился ещё и голос Коула.
– Да, научилась, – ответила я ему. – Вещь удобная, но я бы предпочла общаться вслух. Потому что не хочу что-то скрывать от Гейба. Кстати, Гейб, мужчины перерождаются в восемнадцать, а не в четырнадцать, как я.
Своё новое знание о том, что до этого они успевают потерять девственность, я решила оставить при себе. Кстати, всё равно – бедняги. Сколько им там отпущено? Год? Два? Максимум – три.
А потом всё, целибат? Жестоко. Но логично.
Оборотням в этом плане проще – у того же Кристиана в запасе ещё лет двадцать пять, пока не начнутся вынужденные ограничения. Байка про плохую циркуляцию крови вполне прокатывает, объясняя пониженную температуру. А вот твёрдость и суперсилу после перерождения скрыть или объяснить при близком физическом контакте уже намного сложнее.
Тут я задумалась. Внешне мои братья выглядели ровесниками Кристиана, на двадцать с маленьким хвостиком.
Но Кристиану было уже шестьдесят четыре, а сколько молодым гаргульям? Я начала было прикидывать их примерный возраст, но остановилась, решив не заморачиваться, а просто спросить.
– Ребята, а сколько вам лет?
– Нам по двадцать семь, – ответил Гил. Внешне я их уже прекрасно различала. Интересно, другие члены семьи могут узнавать близнецов по голосам, звучащим в голове? – А Робу двадцать девять.
