– Нельзя! Там... грязно...
Голова Гейба поднялась, наши взгляды встретились."
"– Бедный, наивный ребёнок, – сокрушённо покачал он головой, но, видимо, прочтя что-то в моих перепуганных глазах, кивнул. – Ладно. Не последний день живём.
Он снова поднялся к моему лицу и припал губами к моему рту. Вот это другое дело, это я знаю и люблю. Вся отдавшись поцелую, я всё же чувствовала, как рука Гейба скользнула по моему телу вниз и устремилась туда, куда прежде я не пустила его губы. Ладно, рукой можно.
Мелькнула мысль, что, наверное, нужно стесняться того, что мужчина трогает меня ТАМ, но губы Гейба, как всегда, умело отвлекли меня от всяких посторонних мыслей, а потом его опытные пальцы стали своими прикосновениями доставлять мне такое удовольствие, что все мысли о каком-то там смущении исчезли из моей головы безвозвратно. Я дышала все чаще, инстинктивно раздвинув ноги пошире, чтобы дать его пальцам простор для манёвра, и выгибаясь дугой, когда прикосновение к крошечному комочку нервов посылало по моему телу разряд, пронзавший меня до кончиков ногтей.
Краем сознания я отметила, что Гейб шире раздвигает мне ноги, сгибает их в коленях и располагается между ними, нависая прямо надо мной. Но я почти не обратила на это внимание, вся сосредоточенная на его губах.
В какой-то момент я почувствовала, как в меня входит нечто очень большое и тёплое. Нет, я, конечно, прекрасно знала, что это такое, я ждала этого, но всё равно, слегка напряглась.
Сейчас ведь будет больно, да? Первый раз всегда больно, ну, кроме тех любовных романов, в которых всё уж чересчур неправдоподобно.
Туман, застилающий мой разум от ласк и поцелуев Гейба куда-то улетучился, возбуждение сошло на нет. Сейчас будет больно, сейчас... А, учитывая габариты Гейба и нашу разницу в росте – это будет очень больно.
Я перестала отвечать на поцелуи, пассивно позволяя его губам играть с моим ртом, вся сосредоточившись на ощущениях там, внизу.
Сейчас... вот сейчас... сейчас...
И пока я напряжённо ждала боли, та, пока ещё не знакомая мне часть Гейба плавно и безболезненно вошла в меня целиком, на всю глубину, до упора. И где боль? Где она? Нет, ну, не считать же болью тот лёгкий «щипок», на который я и внимания-то не обратила, дожидаясь настоящих страданий и планируя с достоинством их пережить.
Но боли не было. Зря я так переживала.
