Разговор с Гейбом снова откладывается.
– Если тебе так уж необходимо подчеркнуть своё незаконное рождение, то так себя и называй – «незаконнорожденный». Это будет констатация факта, не более. А «ублюдок» – отвратительное слово! Откуда ты вообще его подцепил, да ещё и в отношении себя?"
"– Кристиан так нас называл, – пробормотал Томас, опустив голову и возя ногой по полу. Потом практически прошептал. – И ещё… Линда.
– А Гейб знал об этом? Ну, про Линду?
– Нет. При нём она была со мной само очарование. Только наедине показывала своё истинное лицо.
– А знаешь, я ведь тоже незаконнорожденная. Но только я никогда не считала себя ублюдком. И ты так не считай. И Мелкого этому не учи.
– Хорошо, не буду. Просто я настолько к этому привык…
– Вот и отвыкай. В конце концов, ты ведь станешь старшим братом. А это большая ответственность.
– Ладно, договорились, – пожал Томас плечами. – При Мелком я так говорить не стану. Кстати, видишь ту лошадку? Она в семье уже двести лет.
Я обрадовалась смене темы. Пройдя в комнату, я погладила деревянную лошадку-качалку, размером с крупную собаку.
На ней была настоящая сбруя и седло, всё было выполнено со скрупулёзной тщательностью. Я погладила шелковистую гриву.
– Да, раньше умели делать вещи. На века. И это так здорово, что у вас в семье многие поколения хранятся такие вот памятные вещи. Они ещё больше помогают ребёнку почувствовать себя частью семьи. Тебе повезло. А у меня вообще нет семьи.
– Глупость какая! У тебя есть мы.
– Спасибо, Томас! – я не удержалась, и прижала мальчика к себе, потрепав по волосам.
– Я этому очень рада.
Когда-то у меня был младший брат, но мы жили с ним как кошка с собакой. А в Томасе я обрела именно такого братишку, о котором мечтала. Всё-таки, как же замечательно, что меня так безоговорочно приняли в эту семью!
– А где кабинет Гейба? – нам всё же нужно поговорить, и, желательно, в этом тысячелетии.
Томас отвёл меня к двери, расположенной с другой стороны лестницы. И, сказав, что у него как раз время онлайн-битвы с бывшим одноклассником, удрал, имитируя стрельбу из автомата и прихватив с собой Лаки.
Уж не знаю, действительно ли у него подошло время компьютерной игры, или он просто догадался оставить нас с Гейбом наедине, но, в любом случае, я была благодарна ему за уход. Глубоко вздохнув для храбрости, я подняла руку, чтобы постучать в дверь.
Конечно, Гейб и так прекрасно знал, что я стою снаружи. И открыл дверь прежде, чем костяшки моих пальцев коснулись её.
