Только что проверявший у Выхина документы рыжеватый эсэсовец сидел на земле, держась за плечо. Сквозь пальцы текла тонкая струйка крови. Выезжавший на площадь трамвай остановился, из него выскочили несколько вооруженных немецких солдат и бросились на звуки выстрелов.
Через несколько минут все смолкло, повели раненого, эсэсовцы быстро закончили проверку документов, приехавшие набились в трамвай, стремясь поскорее покинуть ставшее опасным место.
Убирая свои бумаги, Выхин заметил, как мелкой предательской дрожью трясутся пальцы, засовывающие листки в бумажник.
Еще бы — кому охота нежданно-негаданно и ни за что ни про что получить в подарок шальную пулю? Он повертел головой по сторонам — человек в темной широкополой шляпе, высматривавший кого-то среди пассажиров, сошедших с поезда, исчез, словно и не было его совсем. Пора, пожалуй, и ему убираться от греха подальше, пока опять что-нибудь не произошло. Ненужные приключения никогда не привлекали Выхина, и он, не дожидаясь следующего трамвая, пошел по улице прочь от вокзала, стараясь восстановить в памяти план городка, который тщательно заучивал перед поездкой.
Так, здесь должен стоять костел святого Юргена, как раз на углу той улицы, что ведет от площади в сторону предместий. Ага, вот он. Теперь надо свернуть за угол и идти прямо, до кинотеатра, а там снова повернуть.
Размеренная ходьба немного успокоила, мысли потекли ровнее. Может быть, потом он будет вспоминать это происшествие с улыбкой, но сейчас хотелось уйти как можно дальше — черт их маму знает, что взбредет в голову эсэсовцам на площади: возьмут заложников, a то и просто начнут стрельбу по безоружным — оккупация!"
"По сторонам улицы целые дома начали перемежаться с развалинами, оставшимися после прошлогодних бомбежек.
Остатки стен торчали выкрошившимися зубами, кое-где между кучами битого кирпича уже начала пробиваться чахлая трава. От многих домов остались только коробки с пустыми проемами окон; в одном месте он увидел чудом сохранившийся кусок комнаты на третьем этаже, с обгорелой железной кроватью у стены, а дальше пола не было — просто неровно обгрызенные перекрытия и торчащие куски искореженных балок.
Наверное, жуткое здесь место по вечерам и ночью — тихо, нет фонарей, каждый шорох кажется притаившейся, подстерегающей тебя неизвестной опасностью.
Стремясь сократить путь, Выхин свернул в проулок между разбитыми кварталами. Мостовая здесь была расчищена от обломков и можно пройти на параллельную улицу.
