Поставьте рацию на нужную волну, — приказал сидевший впереди Ругге. Шмидт послушно выполнил приказание. Наступила тишина.
Машина свернула на проселок и, переваливаясь на ухабах, поползла ближе к лесу. Дымша покрылся потом, чувствуя, как его капли щекочуще стекают по небритой щеке, противно ползут за воротник.
— Я всегда был против коммунистов, — ни к кому не обращаясь, пролепетал смертельно бледный Алоиз. Никто ему не ответил.
Наконец автомобиль остановился. Ругге вышел, размял ноги. Охранники выволокли Дымшу, сняли с него наручники.
Он с трудом растер багрово-синие полосы, осязавшиеся на запястьях от стальных браслетов.
— Перестаньте трястись! — брезгливо бросил ему абверовец. — Сейчас мы даем вам бон шанс, как говорят французы. Пойдете на место встречи с людьми из лесной банды. Нам они нужны живыми. Место встречи окружено, поэтому не вздумайте попытаться скрыться или подать им какой-нибудь сигнал.
Дымша с трудом понимал, что говорит Ругге. Его лицо казалось Алоизу белым пятном с темными провалами глазниц — лицом смерти.
Но вдруг и вправду удастся вывернуться, в который раз поменять хозяев, и снова можно будет жить, пусть и не так, как мечталось совсем еще недавно, но зато жить. Жить!
— Я сделаю все! — быстро сказал Дымша. — Но они могли видеть машину.
— Нет, отсюда до места встречи далеко. Надеюсь, все пройдет хорошо, — усмехнулся абверовец и сел рядом с Шмидтом в авто.
Через несколько секунд лишь тонкий запах бензиновой гари да оставшиеся на влажной лесной почве следы протекторов напоминали об автомобиле.
Дымша огляделся — впереди, насколько хватал глаз, только деревья и заброшенная, заросшая травой дорога между ними. По ней ему предстояло идти. Подполковник сказал, что до места встречи далеко. Но сколько — километр, два, пять? А если вильнутъ в сторону — кто отыщет его в этом дремучем лесу?
Сзади раздался шорох, и Дымша быстро обернулся. Из-за кустов появился немец, одетый в маск-костюм и вооруженный автоматом; он жестом приказал двигаться вперед.
Вот оно что — абверовец и тут не оставил его без присмотра. Поведут к месту встречи, как бычка на веревочке — ни сорваться с этого крючка, ни вильнуть в сторону, ни оборвать веревку…
Первый шаг дался с великим трудом. Потом стало немного легче. Конвоиров было не видно и не слышно, но Дымша знал — они здесь, рядом. Дожил пан Алоиз: помимо собственной воли превратился в живца, на которого ловят нужную абверу крупную рыбу.
