Лару прям распирало от желания все рассказать, выяснить, что за женщина могла зуб точить на генерала, но как скажешь, если изо рта только мяу-мяу вылетает?! Написать лапкой она ничего не сможет: язык чужой, буквы еще малознакомы, только в чернилах перемажется. (Но идея макать лапку в чернильницу и писать на бумаге хоть простейшие слова Лару не оставляла.)
Оглянувшись по сторонам, Лара вытащила из петлиц парадного сюртука Леона яркую трехцветную ленту, украшавшую его наподобие аксельбанта, перекрутила ее как могла лапами и подсунула голову под получившуюся «шляпку».
Осторожно встала и пошла, задрав голову, манерно поднимая лапки и усиленно вихляя хвостатой частью тела.
Леон захохотал и поспешно закрыл рот рукой, испугавшись, что разбудит Огаста, – свидетели необычному кошачьему представлению были не нужны. Посмотрев еще разок, как потешно торчит на черной ушастой головке цветной ворох, как надменно посматривают желтовато-зеленые глазки с узким росчерком зрачка, Леон сообразил:
– Ты видела заказчика – это была женщина, так?
Лара поспешно закивала, отчего «шляпка» свалилась на пол.
Лара села, обвив лапки хвостиком, и пристально уставилась на генерала. Леон понял, что это вопрос (он все ловил на лету) и задумчиво сказал:"
"– С женщинами у меня никаких проблем личного характера нет и быть не может. Мое близкое знакомство с «благородными» девицами закончилось четыре года назад после того, как я разорвал помолвку с моей невестой: мисс Миралой Норлас, – Леон замолчал, вспоминая, и Лара нетерпеливо мявкнула и подпрыгнула на месте.
– Подробности знать хочешь? – усмехнулся Леон, и Лара закивала как китайский болванчик. – Мне довелось увидеть ее в объятиях другого мужчины: в обнаженном виде в его постели. Этот мужчина даже от поединка со мной отказался, заявив, что эта девушка не стоит того, чтоб рисковать из-за нее жизнью. Мирала тогда громко возмущалась из-за таких слов, требовала, чтоб он на ней женился, раз уж я теперь отказываюсь от помолвки.
Герцог Раус только фыркнул тогда презрительно, и Миралу в итоге срочно выдали замуж за обедневшего дворянина, арендовавшего коттедж в поместье ее батюшки. Впрочем, женитьба не уменьшила слухов, так как вскоре стало ясно, что любовников Мирале нравится менять столь же часто как перчатки, и один скандал следовал за другим. Как она сейчас живет – мне не ведомо, но мстить мне оснований у нее нет, да и прошло уже четыре года.
