Ларе стало грустно: ее генералу уже успели причинить боль, она со своей помощью опоздала на несколько лет. Ничего, боль от предательства в итоге утихнет, может – уже утихла, как ее собственное отчаяние после вероломства и лицемерия Дамиана. Сейчас Лара хотела только возвратить свое тело, вернуться домой и никогда-никогда не видеть больше этого демона. При мысли о родном мире сердце Лары кольнула иголочка сожаления, что Леон останется здесь, и его тоже она больше не увидит.
«Ничего, я успею наладить ему счастливую жизнь.
Главное – врагов его выявить и нейтрализовать», – сосредоточилась на основной задаче Лара.
Никаких крамольных разговоров в зале она не услышала, подозрительных личностей не заметила: сталью ни от кого не пахло, значит, кинжал в обуви или за пазухой никто не держал. Если кто и планировал убийство, то это должно было быть более хитрое покушение, чем удар в спину или выстрел в окно (окна Лара уже все осмотрела – никаких отверстий в портьерах, позволивших бы прицелиться в конкретного человека, не было).
Самым вероятным вариантом становилось отравление и Лара метнулась из зала на веранду: нужно было незаметно перебраться в ту комнату, откуда упоительно пахло закусками."
"«На кухню преступнику нет смысла соваться: там слуг много, незнакомого сразу заметят, а если убийца из благородных – то тем более будет странно смотреться на кухне. И у него же нет цели отравить всех гостей, так что логичнее предположить, что он подсыплет яд только в порцию Леона. Во время ужина сядет рядом? Заранее брызнет яд на тарелку?» – строя различные предположения, Лара карабкалась по очередному дереву до окна гостиной, где мелькали силуэты слуг, накрывавших столы.
Дождавшись, когда в комнате перестанут ходить люди и уже приготовившись прыгнуть, Лара услышала шорох шагов внизу, под деревом, на котором сидела.
В темноте наступившей безлунной ночи закутанная в плащ тонкая фигура быстро шла в сторону черного хода, а навстречу ей уже спешил лакей в форменной ливрее всех слуг Морейдов.
Фигуры в молчании встретились и в молчании расстались.
Маленький бумажный пакетик тихо перешел из рук в руки.
«Скажи хоть слово!» – взмолилась про себя Лара, но ее не услышали.
Но кошке для идентификации личности важен не столько звук ее голоса, сколько запах, и Лара старательно принюхивалась к сладкому цветочному аромату, который ветерок доносил со стороны закутанной в плащ фигуры. Это был запах женских духов. Двигалась фигура легко и грациозно – значит, точно женщина.
