Он все так же держался на безопасном расстоянии позади Дэлглиша, пока тот катил кресло с гротескной ношей вниз по пандусу у парадной двери и дальше через мыс. Небо над головой давило, как душное тяжелое одеяло. Воздух оставлял на языке резкий металлический привкус и пах гниющими водорослями. В сумрачном свете камешки на тропе мерцали, точно самоцветы.
На полдороге Дэлглиш услышал пронзительный недовольный вой и, оглянувшись, увидел, что за ними, хвост трубой, бежит Джеффри. Кот прошел за Джулиусом еще шагов пятьдесят, а потом так же неожиданно, как появился, повернул обратно.
Джулиус, не сводивший немигающего взгляда со спины Дэлглиша, словно бы ничего не заметил. Шли молча. Голова Филби запрокинулась на брезентовую спинку кресла, прилипшая к полиэтилену рана, как глаз циклопа, таращилась на Дэлглиша с немым упреком. Тропа была сухой. Глядя вниз, Дэлглиш видел, что колеса оставляют на пожухшем дерне и пыльной земле едва заметные отпечатки. А за спиной раздавалось шарканье — это Джулиус на ходу стирал следы.
Улик не останется.
Вот они уже стояли на каменном дворике, который почти дрожал у них под ногами от ударов волн — казалось, и море, и суша восторженно ждут надвигающуюся бурю. Однако сейчас был отлив, брызги не залетали за край обрыва. Дэлглиш знал: наступил самый опасный момент. Он снова заставил себя рассмеяться вслух, гадая, прозвучит ли для Джулиуса этот смех так же фальшиво и натужно, как для него самого.
— Что вас забавляет?
— Сразу видно, что обычно вы убиваете на расстоянии — простая коммерческая операция.
Собираетесь скинуть нас в море у собственного же заднего крыльца — вполне недвусмысленный намек даже для самого тупого сельского констебля. А в этом деле тупых не будет. Ваша уборщица должна прийти как раз сегодня, верно? Это ведь единственное место на побережье, где есть пляж. Я-то думал, вы хотите отсрочить обнаружение тел.
— Она сюда не выйдет. Никогда не выходит.
— Откуда вам знать, что она делает, когда вас нет дома? Может, вытряхивает половики над обрывом. Вдруг у нее такая привычка? Впрочем, поступайте как угодно.
Я просто указываю, что единственная ваша надежда на успех — а я оцениваю ваши шансы не слишком высоко — это отсрочить момент, когда нас найдут. Никто не начнет искать Филби до возвращения паломников, то есть еще три дня. Если вы сумеете избавиться от моей машины, меня не начнут искать еще дольше. Это дает вам возможность избавиться от героина до начала охоты — если, конечно, вы еще хотите, чтобы Лернер его привозил.
