С ней была Хелен, но к Грейс она не заходила — нужды не было. Грейс не звонила. После того как Дот уложила ее в постель, Грейс никто не видел. И она ни на что не жаловалась.
Джулиус повернулся к Эрику Хьюсону:
— У вас нет выбора, верно? Если вы не можете сказать, от чего она умерла, то не можете и подписать свидетельство о смерти. Во всяком случае, на вашем месте я бы сыграл наверняка. В конце концов, вам только недавно разрешили подписывать свидетельства о смерти. Лучше не рисковать, чем написать что-то не то.
— Не вмешивайтесь, Джулиус, — отрезал Эрик.
— Я в ваших советах не нуждаюсь. И не знаю, зачем Уилфред вас позвал.
Однако он говорил без внутренней убежденности, точно неуверенный и напуганный ребенок, все время бросая взгляды на дверь, будто ждал появления союзника. Джулиуса эта отповедь ничуть не смутила.
— А вот мне кажется, вам сейчас нужен любой совет. Что вас смущает? Подозреваете грязную игру? Кстати, до чего же это смешное выражение, такое восхитительно-английское, заимствованное из школьной этики и с боксерского ринга!
Эрик попытался изобразить уверенность и властность.
"
"— Не мелите чушь! Это естественная смерть. Вся сложность в том, что я не понимаю, отчего она случилась именно теперь. Я знаю, что пациенты с множественным рассеянным склерозом часто угасают вот так быстро, но в ее случае я этого не ожидал. И Дот говорит: когда она укладывала Грейс в десять часов, та выглядела как обычно. Возможно, у нее было еще какое-нибудь органическое заболевание, которое я проглядел…
Джулиус беззаботно продолжал:
— Полиция не обнаружит никакой грязной игры.
Во всяком случае, если хотите профессионального совета, тут есть представитель закона. Спросите Дэлглиша: не подозревает ли он грязной игры?
Все дружно повернулись к Дэлглишу и уставились на него так, словно только сейчас осознали его присутствие. Щеколда на окне настойчиво и противно дребезжала. Адам подошел к окну и выглянул наружу. Под стеной тянулась полоса вскопанной земли, точно кто-то собрался сажать живую изгородь.
Взрыхленная песчаная почва была ровной и нетронутой. Конечно, а чего еще ожидать? Если незваный гость хотел незамеченным пробраться в комнату Грейс, зачем лезть в окно, когда в Тойнтон-Грэйнж никогда не запирают двери?
Дэлглиш задвинул щеколду и, вернувшись к постели, посмотрел на тело. Мертвое лицо выглядело не спокойно, а чуть неодобрительно — рот слегка приоткрыт, передние зубы, казавшиеся более «кроличьими», чем при жизни Грейс, прижимают нижнюю губу.
