Кейс ему здорово мешал, но он не хотел и на секунду выпустить его из рук. Он прекрасно представлял себе, какое богатство находится в кейсе. Акции стоили несколько миллионов, и если этот тип, Андрей, даст за них хотя бы половину, Олег все равно станет безумно богатым человеком. Только бы ничего не сорвалось. А для этого нужно, чтобы кейс все время был у него в руках, тогда никто не сможет его отнять. О том, чьи это на самом деле акции и каким образом кейс оказался у его жены, этой растелепы, этой музейной крысы, Олег запретил себе думать.
Как говорится, деньги были ваши – станут наши, и привет, пишите письма!.. А лучше ничего не пишите, потому что мы вам адреса все равно не оставим, как пелось в старой песне, наш адрес – не дом и не улица, и вообще ужас как вы нам надоели!
Анна стояла рядом и взглядом коршуна следила за кейсом. Она не слишком-то поверила во всю эту историю, уж слишком неожиданно он явился к ней рано утром. Анна не любила рано вставать и соображала по утрам плохо. Но сейчас, похоже, ее убедил неизвестный Андрей, что дело стоящее, ишь как Олег пялится, только что дырку в чемодане не прожжет…
Олег запер еще багажник, включил сигнализацию и вдруг, откуда ни возьмись, возникла перед ним немолодая тетка.
Волосы у тетки были всклокочены, и сама она находилась в последней стадии бешенства.
– Вот они где, голубки! – заорала тетка визгливым голосом. – Вы только посмотрите!
Олег попытался обойти тетку, но она непостижимым образом снова оказалась перед ним.
– Нет, вы только подумайте, а? – орала она.
– Ни стыда ни совести у некоторых нету!
– Что вам надо? – отрывисто спросил Олег.
– Что надо? А ты не знаешь? И как только глаза твои бесстыжие на меня смотрят! – разорялась тетка. – Видано ли дело – среди бела дня при живой жене с какой-то потаскухой!
– Вы кто? – оторопел Олег.
Он хотел оттолкнуть настырную тетку, но вокруг уже толкались две старухи и одна мамаша с коляской, привлеченные скандалом.
– Люди добрые! – обратилась к ним Надежда. – Это что же такое деется на свете? Тещу свою единственную не признает! Открещивается, подлец, а сколько я ему белья выстирала вот этими самыми руками? Машину-то стиральную дочке так и не купил, жмот! Ты тещу родную не узнаешь? – Она дернула Олега за воротник.
– А сколько борща моего съел? Тонну, наверное!
Надежда полностью вошла в роль и не слишком следила за тем, что говорит. Главное – это кураж не потерять, считала она. Олег, услышав про тещу, малость прибалдел.
