Пусть она водила его за нос, пусть подло использовала, но он будет тверд и непоколебим!
И когда Виктор Андреевич уже подумывал о том, чтобы передать упорного Кулика в руки своего помощника по не слишком законным делам, который очень профессионально умел развязывать языки, дверь комнаты распахнулась, и в нее влетела Лариса.
Узнав от прислуги, что пришел Валентин Марленович и что он разговаривает один на один с ее мужем, Лариса вообразила, что обманутый Кулик решил в отместку за все хорошее выдать ее Виктору.
Нужно было срочно перехватить инициативу, доказать мужу, что она – белая и пушистая, а Кулик оговаривает ее из самых подлых побуждений… получится ее слово против слова Кулика, а в таком раскладе муж, естественно, скорее поверит ей, своей жене, чем этому сентиментальному уроду.
Ворвавшись в кабинет мужа и увидев там бледного от собственного героизма Кулика и красного от гнева мужа, Лариса решила, что допрос дошел до кульминации и закричала:
– Не верь ему, Виктор! Он все врет! Этот козел хочет очернить меня, потому что я не уступила его домогательствам! Я не виновата! Я вообще не видела этого гребаного чемоданчика!
Виктор Андреевич с большим интересом посмотрел на жену.
Потом он перевел взгляд на Кулика, который то краснел, то бледнел, то приобретал вообще какой-то немыслимый фисташковый цвет."
"– Вот оно что! – проговорил наконец хозяин кабинета и положения. – Вот, оказывается, почему ты молчал! Ну, ботаник, ты меня развеселил! Ты, оказывается, Лариску покрывал… Ромео, блин!
Лариса поняла, что совершила ошибку, причем ошибку непоправимую.
Но слово – не воробей, вылетело – не поймаешь. Она поняла, что поставила точку в своей семейной жизни, и муж сделает все, чтобы вернуть ее на исходные позиции – в маленький и затхлый провинциальный городок.
Виктор Андреевич увидел выражение ее лица и громко расхохотался.
– Ну ладно, – сказал он, вытирая слезы, – с тобой, женушка, я после разберусь, а ты, ботаник дорогой, давай подробно колись, куда делся чемодан.
Слово даю: невиновным ничего плохого не сделаю.
Перед зданием Фондовой Биржи стояло множество автомобилей, Надежда с Верой пробежались, выискивая синий «Опель» Олега. Машину они не обнаружили, но Надежда не унывала.
– Это говорит только о том, что муженек твой – не полный дурак, не стал светиться и ставить машину на виду у всех, оставил ее небось где-нибудь в скромном переулочке.
Внутри в здании Биржи царило столпотворение.
