Вера, естественно, никогда там не была, но через окна без занавесок можно было разглядеть даже неубранные плакаты: «Хлеб – наше достояние!» и «Поел – убери посуду!»
– Стыдно тебе? – обрадовался Олег. – Вот нарочно туда пошел, чтобы все соседи видели, что у меня жена – лентяйка и неумеха, даже поесть приготовить не может!
Он зашел в квартиру, оглянувшись перед этим и сделав непристойный жест в сторону соседкиной двери. Пахло от него водкой и луком.
– Пельменями закусывал? – усмехнулась Вера. – Ну-ну…
Она схватила сумку вместе со всеми мелочами и ушла в бабушкину комнату.
В квартире было два телефонных аппарата – новый, немецкий, с переносной трубкой, и старый, черного цвета, у бабушки в комнате. Вера сняла трубку, гудок был. Но телефон работал отвратительно, все время в трубке слышался какой-то треск. Поэтому Вера не услышала, как в прихожей сняли трубку параллельного аппарата. Муж был вовсе не так пьян, как старался казаться. Он прижал трубку к уху и стал подслушивать, хотя для чего это делает, сказать бы не смог.
Просто хотелось сделать Вере хоть малюсенькую гадость.
– Куда вы подевались? – тут же напустилась на Веру Надежда. – Как же так можно, я вся извелась уже.
– Ой, простите меня, пожалуйста, – затараторила Вера, – так неудачно все получилось, меня вывели из здания вокзала, пришлось идти домой, в толпе я побоялась с чужой вещью стоять, там такие личности подозрительные шныряли. Или еще в полицию бы забрали, а там проверили бы чемодан. Мало ли там что могло быть.
А я и сказать ничего не могу.
– Где вы находитесь? – вклинилась Надежда в горячий Верин монолог.
Она была очень недовольна, хотя и не могла не признать Верину правоту.
– Как где? – удивилась Вера. – Дома, конечно, тут еще много всего случилось, я не могла сразу позвонить.
– Что с чемоданом? – встревожилась Надежда.
– Все в порядке, вот он, тут стоит, никто его не тронет. Скажите, вам удалось выяснить, что в нем находится? Надеюсь, ничего криминального?
– Да как сказать… – замялась Надежда, – ты, Вера только не волнуйся, но, кажется, там деньги…
– Большие? – ахнула Вера.
– Да черт их знает, Кулик сам не в курсе! – в сердцах произнесла Надежда. – Одно скажу: знала бы – ни в жизнь этот чемодан не взяла, пропади он пропадом. У тебя-то он хоть в сохранности?
– Да вот тут, на виду.
– Чего они этот чемодан перетаскивали с места на место, понять не могу? – вздохнула Надежда. – Кулик этот какой-то малахольный, толку от него не добиться.
