Ты же бросил Рэма, почему катаешься на «бардаке» из Полиса?! Синяя эмблема, это их техника!
– А что тут не так, мать твою?! Вообще-то я стандартный контракт не нарушал, на то, что захотел Рэм, никогда не подписывался! Так что служу дальше, тут мне никто ничего не предъявит! Мы так и будем перекрикиваться, или ты успокоишься?!
– Да я спокоен как скала! Забирайся назад и вали отсюда!
– Карат, твою же мать, ты будто только что из яйца вылупился! Дозор тебя срисовал, наверх уже доложили! У нас приказ шустро доставить тебя на периметр! Так что хватит резинку тянуть, подбирай свои сопли и подходи! А то ты меня уже злить начинаешь!
У Карата нет ни малейших оснований доверять бывшему командиру.
Но что прикажете делать? Еще раз повторить требование валить отсюда быстро и далеко? Вот только как такое высказывать тем, у кого имеются бронемашина и укрытые от глаз наблюдатели скорее всего при хорошем оружии, в том числе и снайперском. На таком добре в зажиточном Полисе не экономили.
– Поднимаемся, – процедил Карат.
– Но…
– Выхода нет, они нас кроют по всем мастям. Дальше видно будет, может, все нормально и попусту себя накручиваю. Недоверчивый я.
– Я такое не заметила.
– Тебе доверяю, ты хорошая. Им нет, они не такие, как ты.
Хан, не сводя взгляда с приближающегося Карата, уже без крика спросил:
– А это что с тобой за пигалица?
– Новенькая. По пути подобрал.
– Удачно подвернулась? – с непонятным намеком спросил Хан, скабрезно заржал и пояснил причину своей свинской радости: – На школьниц потянуло? Это обычное дело для рейдеров, Улей на них так влияет, не стесняйся своих вкусов, в новой жизни они и должны быть новыми.
Она хоть иммунная, или ты так, на денек-другой познакомился?
– А как вы нас заметили? – Карат решил резко сменить тему, бывший командир сейчас вел себя омерзительно, очень хотелось врезать ему от души, но это могло все усложнить.
Подтверждая подозрение, что никаких наблюдателей нет, Хан не стал возражать, как бы молчаливо признал, что именно он и его люди засекли Карата и его спутницу.
– Да мертвяки тут постоянно бродят по железке туда-сюда, только не спрашивай зачем, кто же, мать их, такое знать может. Они вас заметили, помчались, а такое издали в глаза бросается. Вот и пришлось догадаться, что кто-то там есть. Мы присмотрелись, а в кустах, мать его, наш потерявшийся Карат, да еще и с фифой мелкой.
– Я не терялся.
– Да? Но ищут и тебя, и остальных. Что-то вы долго не объявлялись.
