Карат нахмурился, потому что похожая привычка числилась и за Грандом. Нет-нет, а проявлял интерес к животворящему раствору споранов. Надо об этом помалкивать, не хватало еще, если серого заберут какие-то непонятные типы. Неизвестно, что там за исследования ему грозят, может, просто по запчастям на опыты пустят, кто с почти бесхозным котом будет церемониться.
У стены работали ложками ребята из «водника», и один при этом бурно доказывал что-то другим:
– Да не мог он упасть, там все работало, как швейцарские часы.
И мертвых кластеров впереди не было. Что-то там явно не так.
– Ты же чип уже менял, может, опять погорел?
– Он не горел, он на тесте полетел под такими нагрузками, которых в штатном полете быть не может. Дурость, а не тест. Погода ровная, почти безветренная, не мог он упасть.
– Тут Улей, тут всякое бывает. Мог попасть на кластер в момент перезагрузки, а это все, ушел с концами. Но Рэм говорит, что завтра поедем в ту же сторону, по пути послушаем сигнал, может, и найдется.
Ребята незнакомые, держатся особняком, так что подсаживаться с расспросами Карат не стал. Но и без уточняющих вопросов понятно, что они потеряли беспилотник дальнего радиуса действия. Карат понятия не имел, как тот выполняет полетную программу при отсутствии спутниковой навигации и проблемах с радиосвязью, но, очевидно, на этот счет местные что-то придумали, ведь у заправки его довели почти до самого городка, а это больше десяти километров.
Здесь не Земля, здесь с полетами все сложно и непредсказуемо.
Так что потеря дрона Карата не удивила. И не особо опечалила. Насколько он понял, крылатая машинка просто двигалась по одному курсу, в конце разворачивалась и возвращалась. Уже после посадки смотрели запись с ее камеры. Таким способом много не разведаешь, разве что повезет пролететь над ордой мертвяков или небрежно замаскировавшейся засадой. Все, что оставалось на удалении от дороги, в кадр не попадало, да и вблизи можно легко укрыться в зарослях и сооружениях.
То есть никакого доверия этой технике нет, она неспособна описывать круги вокруг подозрительных мест, снимая их с разных ракурсов.
Ноль оперативности.
Потеряли, и хрен с ним. Сейчас надо думать об отдыхе, ведь до полуночи не так далеко, и кто знает, что будет потом. Может, все, что есть у Карата, – оставшиеся четыре часа. Надо как следует похрапеть, а не забивать голову ненужными мыслями. Над ним есть командиры, вот пусть и занимаются пропавшими дронами.
