Помните, у Маршака в стихах «Кошкин дом» козочка говорит мужу: «Слушай, дурень, перестань есть хозяйскую герань». А тот ей отвечает: «Ты попробуй, очень вкусно, словно лист жуешь капустный». Вот и я ту рукколу мусолю лишь из желания продемонстрировать гастрономическую осведомленность, никакого удовольствия она мне не доставляет.
Надо отдать должное Евдокии Матвеевне: услышав в речи посетительницы нотки агрессии, она ловко погасила тлеющие головешки.
– Вы одна? – вдруг спросила Евдокия.
Я кивнула.
– Лучше приходить с ребенком, – посоветовала Константиновская, – но мы вполне можем сейчас обсудить часть проблем.
Внимательно вас слушаю.
– Артем Васюков, – коротко сказала я. – Знаете его?
Глаза Евдокии погасли, словно задутые сквозняком свечи.
– У меня очень плохая память, – призналась Евдокия Матвеевна. – Мальчик уже был тут?
– Судя по документам, да. Ребенка выписали из НИИ, порекомендовав ему домашнее обучение.
– Очевидно, доктор счел такую форму занятий наилучшей, – проявила цеховую солидарность Константиновская.
– Кто занимался с Артемом? Какая проблема привела вас ко мне и кем вы приходитесь молодому человеку? Кстати, он уже вышел из возрастных рамок нашего контингента.
Мне было забавно слушать, как хозяйка кабинета, не поведя бровью, врет про Артема Васюкова и совершает элементарные ошибки. Но я не хотела сразу ловить даму на лжи, поэтому продолжила беседу:
– Артема лечила Рогачева.
– Людмила Павловна погибла, – сообщила врач.
– Мне рассказали о вашей дружбе и совместной работе, – кивнула я.
– Да, мы сообща вели больных, – не дрогнула Константиновская.
Я положила ногу на ногу и задала главный вопрос:
– Где сейчас Артем?
– Понятия не имею, – машинально ответила врач. И моментально исправила очередную оплошность: – Никогда ничего не слышала о юноше.
Я облокотилась локтями о стол.
– Уважаемая Евдокия Матвеевна, откуда вам известно, что Артем юноша? Может, ему три года?
Константиновская сделала попытку отодвинуться от меня и вжалась в спинку стула.
– Имя «Артем» взрослое, – начала она на ходу придумывать аргументы.
– Еще раньше вы обронили фразу: «Он уже вышел из возрастных рамок нашего контингента». Если вы никогда не встречались с Васюковым, то откуда знаете, сколько ему стукнуло? И справка из НИИ, выданная для оправдания домашнего обучения, подписана Рогачевой.
– Но ведь не мной! – отбила подачу доктор.
– Верно, – согласилась я. – Только внутренний голос мне подсказывает: Людмила Павловна не сама устроила пожар на даче.
