У него возникли проблемы с одноклассниками, но все потихоньку наладилось, пока не появился Хитрук, который стал изводить Васюкова.
Очень интересная цепочка выстраивается: она состоит из пожаров и смертей. И нет ответа на вопрос: почему сестер Васюковых было до недавнего времени две? Одна-то из них давно погибла.
Резкий звонок мобильного заставил меня вздрогнуть.
– Гражданка Тараканова? – спросил хриплый голос. – Капитан Борисов беспокоит. Завтра, в десять утра, прибудьте на разбор ДТП по адресу: Меркулова, пятнадцать.
– Вот здорово! – возмутилась я. – Предупреждаете вечером. А если у меня работа?
– Значит, не прибудете, – меланхолично ответил гаишник. – Только оно вам больше, чем мне, надо, придется в суде договариваться с Колкиным Ильей Михайловичем.
– Это кто? – удивилась я."
"– Хозяин машины второй стороны ДТП. Лучше используйте свой шанс спокойно обсудить действия, приведшие к ДТП, достичь консенсуса без судьи, – прозвучало в ответ.
– Непременно приеду, – уныло сказала я, поняв, что завтра выспаться не удастся.
– Документики не забудьте, – заботливо напомнил капитан Борисов и отсоединился.
Не успела я бросить трубку на пассажирское сиденье, как она снова начала вибрировать, на этот раз моего внимания добивался Билли.
– Ты где?
– Около съезда на нашу улицу, – отрапортовала я.
– Возле поворота есть аптека, – сказал Билли, – будь другом, купи бинты, пластырь, кетчуп, зеленку, йод и ватные палочки.
– Кому-то плохо? – озабоченно спросила я.
– Нет, – сдавленно ответил Билли.
– Ну ладно, – согласилась я, – мне не трудно.
– Супер! Ты настоящий друг! – обрадовался парень.
Доброе слово и кошке приятно, люблю, когда меня хвалят. Поэтому я с энтузиазмом влетела в стеклянный павильончик и на одном дыхании выпалила:
– Нужны бинты, пластырь, кетчуп, зеленка и ватные палочки.
Девушка-провизор пошла к ящикам.
– Бинт какой ширины?
Я навалилась на прилавок.
– Нормальной.
– Каждому свое нормально, – не смягчилась фармацевт. – Пять сантиметров? Семь? Десять?
– На ваш вкус, – смиренно опустила я взгляд.
– Я бинтами не питаюсь, – последовало в ответ.
– Семь сантиметров, – рассердилась я.
– Стерилизованный или нет?
– Да, – кивнула я.
– Уточните, что «да»?
Я начала закипать.
– Для перевязки открытых ран.
– Российский, немецкий, французский, американский? – с интонацией робота продолжала допытываться вредная аптекарша.
Я решила доставить ей удовольствие.
– Какая между ними разница?
Голубая шапочка склонилась над ящиком.
