Но Василиса не могла больше сделать ни одного шага. От волнения у нее перехватило дыхание и мелко-мелко задрожали руки — Белая Королева смотрела прямо на нее.
Наконец оценив состояние своей подопечной, Черная Королева молча ухватила девочку за руку и с силой повела к центру.
На лице повелительницы фей не произошло никаких изменений. В свете «лунной» люстры оно казалось жемчужным, словно у дорогой фарфоровой куклы.
— Приветствую ваше Черное величество, — произнесла она холодно. И добавила куда нежнее: — Здравствуй, Василиса.
Рада тебя видеть.
— Здравствуйте, — дрожащим голосом ответила девочка. — Вы… хорошо выглядите.
— Спасибо… — Белая Королева едва улыбнулась. — А ты… выросла.
Они замолчали. Василиса хотела сказать своей родной матери еще хоть что-нибудь, но ее смущало присутствие Черной Королевы. А та сама продолжила разговор:
— Я вижу, ты при полном параде, моя дорогая. Наверное, сильно волнуешься? Кто знает, что нам всем нагадают эти отшельники.
Белая Королева не ответила на колкую реплику повелительницы лютов, ее глаза все так же неотрывно смотрели на Василису.
И Черная Королева продолжила с не меньшей иронией:
— Ваше Белое величество, заехала бы ты к нам как-нибудь? Показала бы моим воспитанникам пару фокусов. Помнится, тебе неплохо давалась часовая магия, пока ты вдруг не стала повелевать феями.
— Я не люблю твой замок, матушка, — холодно ответила Белая Королева. — В нем слишком много клокеров и мало живых людей.
— Как быстро люди забывают прошлое, — притворно вздохнула повелительница лютов.
— Ведь когда-то Чернолют тебе очень нравился. Особенно по сравнению со Змиуланом.
— Это было так давно. В прошлой жизни.
— Может, и меня пригласишь? — раздался знакомый певучий голос. — Я бы не прочь прогуляться по твоим владениям. Кто знает, может, скоро станем родственниками."
"Василиса еле подавила гримасу отвращения: к ним приблизилась Елена Мортинова. Рядом с ней вышагивал Норт-младший. Брат с сестрой обменялись одинаковыми презрительными взглядами. Впрочем, лица Белой Королевы и Елены при виде друг друга исказились от злости.
А Василиса вдруг догадалась, почему повелительница лютов надевает на подобные собрания самую плотную вуаль.
— Демонстрируешь нам свои больные фантазии, белобрысая? — с королевским спокойствием высказалась Черная Королева. — Ну тебе-то не привыкать разочаровываться в мечтах. Нортон скорее Астрагора поцелует в его тысячелетние губы, чем женится на тебе, кобра.
Белой Королеве не удалось подавить смешок.
