— А ну покажи!
— О, действительно…
— Вот это да!
— Мне кажется, это какая-то карта, — высказалась Василиса спустя некоторое время. — Только какая-то странная… Видите, здесь красные точки, соединенные пунктиром… тут и тут.
— И стрелки всякие, — поддержал Ник.
— И вправду карта! — присвистнул Фэш, вглядевшись через ее плечо. — А под стрелками надписи… Нет, это значки какие-то непонятные… На китайские иероглифы похожие.
— Наверняка шифр, — заглянула поверх их голов Диана.
— Можно моему деду показать, — вмешался Маар.
— Он когда-то увлекался часовыми шифровками.
— Э, нет, пока никто не должен знать, — помотала головой Василиса.
— Дай поближе глянуть, — попросил Фэш. — Я знаю эту башню! — мгновенно заявил мальчик, показывая на рисунок. — Это лондонский Биг-Бен.
— А эти часы похожи на пражские… — задумчиво добавила Захарра. — Я забыла, как они называются.
— Орлой, — подсказал Фэш. — Думаю, они называются Орлой. Помнишь, Рок заставлял нас заучивать наизусть все названия?
— Точно!
— Выходит, это названия реально существующих часовых башен? — уточнила Василиса.
И вдруг сама радостно воскликнула: — А вот это Спасская башня! Она находится в Москве.
— Возможно, что в какой-то из них и спрятана вторая часть этой стрелы, — подытожила Диана.
— Если это стрела, — напомнил Маар, — это может быть кусок огромного зубчатого колеса.
— А ведь точно, — поддержал его Фэш.
— А карта очень похожа на хронологическую, — добавила Василиса, продолжая разглядывать рисунок на ткани.
Неожиданно ее часовой браслет издал короткий, пронзительный сигнал.
— Ужас… — ахнула она, едва прочитав сообщение на ободе браслета. — Кажется, госпожа Фиала подняла тревогу и мой отец уже в курсе.
— Быстро разлетаемся! — коротко скомандовала Диана.
— Напиши, что тебе не спалось и ты решила прогуляться… — посоветовала она Василисе. — И спрячь карту и обломок обратно в медальон. Только карту аккуратно сложи, чтобы не попортить.
— Ага…
— Так, все действуем по обстоятельствам, — высказался Фэш.
— Может, к нам еще не добрались… До завтра!
Ребята вылетали по одному только Маар взял на себя труд перенести Ника в его комнату.
Как только Василиса опустилась на подоконник, сразу же увидела отца. Нортон-старший, одетый в шелковую темно-зеленую пижаму, оглядел дочь хмурым, недовольным взглядом.
— Чтобы больше никаких сердечных дел, ясно? — Под тихое, неодобрительное «ох» госпожи Фиалы отец отвесил ей крепкий подзатыльник и подтолкнул к кровати.
