На месте преступления коронер не главный, тут заправляет полиция, но О'Нилл притягивала все взгляды. Мьюз сразу направилась к ней.
— Я Лорен Мьюз, главный следователь округа Эссекс.
Женщина протянула руку в перчатке.
— Тара О'Нилл, коронер.
— Что вы можете сказать о теле?
На лице женщины отразилась настороженность, но Лоуэлл кивнул, давая «добро».
— Это вы направили сюда мистера Барретта? — спросила О'Нилл.
— Да.
— Любопытная личность.
— Это мне известно.
— Но его машина работает. Не знаю, как он нашел эти кости, но дело свое он знает.
Думаю, хорошо, что они сразу наткнулись на череп. — О'Нилл заморгала, отвернулась.
— Что-то случилось? — спросила Мьюз.
Коронер замотала головой.
— Я выросла в этих местах. Мы тут играли, на этом самом месте. Думаете, я что-то чувствовала, какой-то холодок бежал по коже? Ничего.
Мьюз ждала.
— Мне было десять лет, когда пропали эти подростки, а потом мы с друзьями приходили сюда, знаете ли. Жгли костер. Выдумывали разные истории о том, как юноша и девушка, которых так и не нашли, скрываются в лесу, наблюдают за нами.
Они не умерли, а превратились в зомби и готовы наброситься на того из нас, кто зазевается. Глупые, конечно, истории. Их рассказывали, чтобы бойфренд отдал подружке куртку и покрепче обнял. — Тара О'Нилл улыбнулась и покачала головой.
— Доктор О'Нилл?
— Да?
— Пожалуйста, расскажите мне, что вы нашли.
— Мы все еще работаем, но я уже вижу, что у нас практически полный скелет. Найден на глубине трех футов. Мне нужно отвезти кости в лабораторию, чтобы подготовить заключение.
— Что вы можете сказать прямо сейчас?
— Пойдемте со мной.
Вместе с Мьюз она прошла на другую сторону раскопа. Кости, все с бирками, лежали на синем полотнище.
— Одежды нет? — спросила Мьюз.
— Нет.
— Она разложилась или тело похоронили голым?
— Точно сказать не могу. Но поскольку нет ни монет, ни украшений, ни пуговиц, ни молний… нет и обуви — ведь все это может долго пролежать в земле, — я полагаю, тело положили в могилу обнаженным.
Мьюз смотрела на коричневый череп.
— Причина смерти?
— Говорить об этом пока рано. Мы слишком мало знаем.
— А что знаете?
— Кости в плохом состоянии. Их не похоронили на положенной глубине, и они пролежали здесь достаточно долго.
— Как долго?
— Трудно сказать. В прошлом году я ездила на семинар, где нас учили определять время захоронения по структуре почвы. Но это очень приблизительная оценка.
— И все-таки? Ваше мнение?
— Кости пролежали в земле как минимум пятнадцать лет.
