— Вам разрешена посадка, посадочный коридор прямо по курсу, — сообщил пилот перехватчика, подведя истребитель бывшего биолога к распахнутому в борту авианосца посадочному люку. — Хороший пилотаж, пилот! Конец связи. — Изображение Человека погасло, и перехватчик молниеносным ускорением влился в кружащую подле гигантского цилиндра карусель боевых машин.
Хассс'Тонар горделиво раздул спинной капюшон. Ас Древнего Боевого Флота Людей похвалил его пилотирование! Это гораздо ценнее, нежели оценки Аттестационного Ведомства Республиканского Флота, тут можно потешить своё самолюбие с полным правом, так сказать! Осталось только чисто пройти посадочный коридор, ширина которого превышает фронтальные габариты истребителя едва на пару метров.
Не хватало ещё царапнуть плоскостью стену и опозориться. И как только Люди стартуют и приземляются здесь на умопомрачительных скоростях?! Ведь габариты их перехватчиков ещё больше… К счастью, доползти до автоматических захватов, доставляющих машину в ангар, удалось без происшествий.
Едва его истребитель замер на стояночной платформе, бывший биолог взгромоздил на себя оба термоконтейнера и открыл выходной люк. В отличие от астероида, гравитация внутри Человеческого авианосца была приличной, вероятно, Люди воссоздавали на боевых кораблях условия, аналогичные материнской планете, и выбраться из истребителя под тяжестью солидного груза оказалось задачей непростой.
— Позвольте, я помогу вам, пилот! — Приемщик, как и в первый раз, встречал его возле машины. Он подхватил один из контейнеров и легким, практически невесомым движением снял его со спины Хассс'Тонара. — Я вижу, на этот раз вы серьезно подготовились к нашей встрече. — Он жестом указал на распахнутые створы межуровневого подъемника, видневшегося в конце ангара. — Нам туда, как вы наверняка помните.
— Пришлось немало потрудиться, — согласился бывший биолог, пристраиваясь рядом с Приёмщиком и с невольной опаской косясь на замерших вдоль ангара, словно высеченные из чернильно-черного обсидиана статуи, Человеческих Воинов.
Их боевое снаряжение за это время добрее не стало, и приступы страха, усиливающиеся при каждом приближении пилота к очередному часовому, выбивали Хассс'Тонара из и без того хлипкого душевного равновесия. — Признаюсь, это было нелегко… — он собрал волю в кулак, — весьма.
